Кйорт терялся в догадках. Аргосский Тигр, которого вряд ли заподозришь в сговоре с Радастаном и никак не обвинишь в недостатке мудрости, намекнул, что разрушение можно остановить. И его странные слова о пророчествах, и подсказка для него, для ходящего, что если он узнает, то Немолчание погибнет. Конечно, Кйорт какое-то время боролся с искушением вонзить в зверовщика аарк и предать его такой боли, которую он никогда не чувствовал, но не сделал этого по простой причине: Арлазар, как и все эдали, искренне верил предсказаниям своих пророков. И эта вера придала бы ему сил достаточно, чтобы умереть под пытками, но не открыться. Кйорт подумал, что, может, он и ошибается, но проверять не хотел: зверовщик все еще мог помочь.
Выходило лишь, что способ излечить Немолчание существовал, а значит, и причина заболевания известна по меньшей мере двум жрецам, а то и тому пресвитеру, что держит при себе Волдорта. Ну, это не считая Радастана. И только ходящий не видит. Не понимает. Кйорт в который раз проклял блуждающие Планы — так ходящие называли Миры, что не стояли в Великом Кольце. В них никогда не бывает схожих симптомов. И какая из сотен напастей Нейтрали сейчас добралась до Немолчания, он не мог предугадать. Миры рождаются и гибнут постоянно, и никому нет до них дела. Но только не в этот раз. В этот раз все иначе. Кйорт скрипнул зубами, еще раз обругав Немолчание. Он не помнил ни единой аномалии, которая проявляла бы себя подобным образом.
Снова и снова он прокручивал в голове варианты и искал ответы. Он чувствовал, что ответ рядом и что он окажется до глупости простым, но каждый раз проходил мимо.
С такими мыслями Кйорт добрался до высокого холма, густо заросшего жесткой травой и чахлым кустарником. Палач был совсем рядом, примерно в пятидесяти шагах. Вблизи он казался еще больше. Пять аршин в высоту, широченные, в косую сажень плечи, он с ног до головы был закован в доспехи из блестящего бурого металла. Шлем, наплечники, нагрудник, налокотники, наручи, латные перчатки, подол, тассета, набедренники, наколенники, наголенники, кольчужные сабатоны — все было выполнено с величайшей тонкостью и искусством. Бортики были украшены сверкающей алой чеканкой, нагрудник светился крупной вязью с гербом Палача. Каждый Палач, как земной воевода, имел свой герб, который в бою развевался на вознесенных стягах. Ходящий знал этот герб. Сталкивался с ним, когда Ор-Нагат оказался на грани гибели. И знал, что́ командующий сорока пятью легионами — герцог Радастана Наазг, Палач, —принес с собой. На боку Наазга висела шипастая одноручная палица, а его широкий двуручный фламберг был воткнут рядом в землю. С него нескончаемыми струйками сыпался черный гнус. Чума, оспа, нома — что еще могли переносить на своих жестких крыльях эти мошки? Кйорт зло сплюнул: значит, осада.
Чуть дальше трещал жвалами «конь» демона — каиб. Он жадно пил из речушки. «Даже им нужна вода», — мелькнула у ходящего мысль. Кйорт прокрался мимо и остановился. Его взору предстало шевелящееся поле. Огромный военный лагерь Радастана с бродящими между шатров гончими и фархами — низшими бесами, которые создавались из слабых душ. Солдатня, мясо на убой, составляющая основную часть любого легиона Радастана. Каждый из них был одновременно похож и не похож на всех остальных. У каждого были две руки, две ноги, голова, но все они носили признаки Мира, откуда были призваны. Форма черепа, длина конечностей, количество суставов, ширина плеч, цвет кожи сильно отличались. Единственное, что у всех было одинаково — черные впадины вместо глаз.
В вышине, в тусклом предзакатном свете кружились черные точки — весперо. Удивительно, как они до сих пор не заметили бредущий по степи отряд — зрение у них отменное, что днем, что ночью. Кйорт продвинулся было дальше, но увидел, как к Палачу несется верхом на гончей фарх званием не ниже центуриона, что являлось большой редкостью для низших бесов. И он вернулся, движимый желанием услышать разговор. От услышанного он стал мрачен. Неслышно выругавшись, он так же незаметно двинулся назад.
Там с волнением ожидали вестей. Арлазар полагал, что ходящий появится не раньше чем через несколько часов, и его быстрое возвращение сулило лишь проблемы и беды. И Кйорт не промедлил с объяснением.
— Наол окружен. Войска Радастана прибывают через неустойчивые, но многочисленные трещины в болверке. Несут ощутимые потери при переходах, так как трещины нестабильны, но продолжают прибывать. Близ города уже сеют два мозарта, и смогли прибыть еще два Палача. Город легко отбил первый штурм. Они словно оказались готовы к подобному. И теперь Радастан копит войска. Мозарты постоянно растут, рождают более сильных солдат, обращают земли и пытаются удерживать врата. Однако те постоянно захлопываются, и пересекать их большим войском невозможно. Но рано или поздно их окажется достаточно, чтобы снова атаковать. Видно, в Наол кроме нас очень хочет попасть еще кое-кто, — Кйорт с вызовом посмотрел на Арлазара. — Будешь дальше молчать?
