Истины Нового Завета полностью

Рекомендовано к публикации Издательским Советом Русской Православной Церкви ИС 14–324–2924

© DepositPhotos.com / Dimitar Marinov, oorka5, 2014

© Книжный Клуб «Клуб Семейного Досуга», 2014

© ООО «Книжный клуб “Клуб семейного досуга”», г. Белгород, 2014

Большинству наших современников содержание Библии кажется достаточно простым и понятным, а в некоторых случаях – просто банальным. Авторы предприняли попытку осветить в популярном изложении некоторые аспекты, которые широкому кругу читателей могут оказаться неизвестными. Перед началом непосредственного изложения материала следует сказать несколько слов об основных принципах его расположения в нашей работе. Библейский текст приводится и разбирается в соответствии с традиционным делением Священного Писания на смысловые разделы. При этом авторы в своей работе использовали канонические книги Ветхого Завета[1].

Предыстория формирования канонической традиции разделения книг Библии на смысловые разделы следующая. В древности Ветхий Завет делился на три основные части: Закон, Пророки и Писания, по-еврейски: Тора́, Неби́им и Кетуби́м (откуда сокращенное название Ветхого Завета – Тана́х)[2]. В русском Синодальном переводе (1876 г.) представлены несколько иные расположения книг и названия разделов. Закон именуется Пятикнижием (Бытие, Исход, Левит, Числа, Второзаконие); раздел Пророков распадается на две части, первая из которых называется Историческими (Книга Иисуса Навина, Книга Судей, Книга Руфь, четыре Книги Царств, две Книги Паралипоменон, Книга Ездры, Книга Неемии и Книга Есфири), а вторая – Пророческими (Великие пророки: Исайя, Иеремия и Книга Плач Иеремии, Иезекииль, Даниил; Малые пророки: Осия, Иоиль, Амос, Авдий, Иона, Михей, Наум, Аввакум, Софония, Аггей, Захария, Малахия) книгами. Писания же принято называть Учительными книгами (Книга Иова, Псалтирь, Притчи, Екклезиаст, Песнь Песней). Подобное разделение имеет и Новый Завет: Законоположительные – четыре Евангелия, Исторической считается Книга Деяний, Учительными – Соборные Послания Апостолов и Послания Апостола Павла, а Пророческой именуется Апокалипсис (Откровение) Апостола Иоанна Богослова. Мы в своей работе следовали делению библейских книг, принятому в русском Синодальном переводе.

Слово «ева́нгелие» (греч. εὐαγγέλιον, «еванге́лион») означает «благая, радостная весть», «доброе известие», или, в более узком смысле, «радостную весть о наступлении Царства Божия[3], Царства Небесного» (Мф. 3, 2).

Пришествие в мир Иисуса Христа, Сына Божия, и устроение Им Царства Небесного на земле исполнило обетование о спасении, которое Бог дал праотцам в Ветхом Завете (Мк. 1, 1; Рим. 1, 9).

Как весть или проповедь о Всеблагом Спасителе, первые четыре книги Нового Завета по справедливости называются Евангелиями. Такое название они получили от самих писателей (Мк. 1, 1), подобно тому как проповедь о Царствии Божием и о Себе Сам Иисус Христос называл Евангелием (Мф. 24, 14; Мк. 16, 15), что и послужило основанием для святых апостолов называть свои писания Евангелием. Для различения Евангельских текстов к слову Евангелие стали прибавлять имя его автора.

Важно отметить, что указание на авторство – от Матфея, от Луки – следует понимать не как то, что данное Евангелие принадлежит лично им, но через них и по их описанию Сам Иисус Христос и Дух Святой сообщают его Церкви. Евангелисты Матфей, Марк, Лука и Иоанн лишь описали дела, учение и проповедь своего Божественного Учителя, насколько каждому из них это было доступно. Слово Божие преломилось в человеческом сознании, получив различное выражение в текстах Евангелий. Поэтому в Евангелиях есть особенности и различия. Каждое из них выражает учение и жизнь Христа в зависимости от их индивидуального восприятия евангелистами.

Первые три Евангелия (от Матфея, Марка и Луки) получили название «синоптических» (от греч. σύνοψις, «си́нопсис» – «общий взгляд», «общий обзор»), поскольку имеют между собой много общего в повествовании о жизни Иисуса Христа. Четвертое Евангелие (от Иоанна) отличается от первых трех как своей структурой, так и характером изложения и называется «духовным» (от греч. πνευματικόν, пневматико́н) Евангелием[4]

Символическое изображение Евангелий, употребляемое с древнейших времен, позволяет судить о характере повествования.

Образ человека-ангела соответствует повествованию Матфея, поскольку он изобразил Христа как человека-Мессию.