Сергей и Лика, как обычно, играют по сети в стратегию. Но очередной раунд заканчивается странно…
— Сделай мне приятно, — мурлычет Лика.
Сергей вздыхает.
— Опять?
— Ну Сереж… Трудно, что ли?
Сергей смахивает со лба пот.
— Вообще-то, трудно. Пятый раз за ночь…
Вот всегда так. Мечтаешь, соблазняешь, подстрекаешь, вешаешь серпантин на уши, а когда, наконец, случается, минут пятнадцать-двадцать — и все! Больше не хочется. Думаешь, как бы смыться, провалиться, телепортироваться, а тебе на ухо: давай еще, а, ну пожалуйста…
Сергей вздыхает, не слать же на все четыре, приходится, стиснув зубы, как конь на пашне…
Опускает ладонь на мышь, сожалея, что не Ликина грудь.
— О'кей, пятый так пятый.
Поправляет наушники и микрофон, лапает клаву, на дисплее череду менюшек сменяет полоса загрузки.
Стучит по клавишам чаще, чем ливень по стеклу, кулер воет на зависть урагану, вспышки и грохот молний за окном напугали бы, но сейчас как мошки — раздражают, не более.
Все внимание на дисплей.
Пятый раунд «Источника», модной реал-тайм-стратегии, начинается как обычно, пальцы барабанят отдельно от мозга, на моторной памяти, алгоритм как шахматный дебют, выработан в сотнях раундов методом проб и ошибок. Построение, генерация мобов, наступление…
Наспех заваренный чай темнеет, покрывается пленкой, жар от чашки слабеет, а она все еще полная…
— Побеждаю! — взвизгивает Лика.
Сергей пожевывает зубочистку.
— Рано поешь, красавица.
— У тебя войска разбиты, я у твоей базы!
— Стены крепкие.
— Долго не сдержат.
Спустя минуту стена вокруг базы Сергея обрушивается, взрыв делает ее похожей на жирную огненную гусеницу, карта дрожит одновременно с оконным стеклом. Гроза напоминает о себе упорно как второсортная рок-звезда, рычит обиженно, что о ней забыли.
— Ха, от твоих стен одни угли! — трещат наушники радостным девичьим голосом.
Сергей откидывается на спинку кресла.
— А у тебя вообще нет.
— Мне не нужны!
— Уверена?
На базу Лики нападает засадный отряд.
— Эй! — возмущенно пищит из проводов.
Лика разворачивает войска к родной базе, но, видимо, тут же понимает: через всю карту не успеть, — возвращается громить город Сергея с потерей драгоценных секунд.
— Да как так?! — ноет Лика, слышно, как хлопнула себя по бедрам. — Еще секунд десять, и я бы тебя в порошок!..
Сергей улыбается.
— Я раньше.
— Ладно, — вздыхает Лика, — три-два в твою пользу.
— Давай сразимся в реале, под одеялом. Кто раньше — ты меня или я тебя?
— Не, пока хватит, в глазах рябит от мобов.
— Это единственная игра, где стараюсь генерить мобов пореже.
Усмешка Лики.
— Подумаю. Но, в любом случае, не сегодня.
— Лады, сладких снов.
— Бай-бай!
Сергей со вздохом жмет «esc», но меню не открывается.
Давит еще и еще, как отбойный молоток, в воздухе запах пластмассы, сейчас будет дырка… Святая троица Ctrl+Alt+Delete не отзывается. Долбит по всем кнопкам, круче впавшего в экстаз пианиста, лицо красное, демоническое, но клаве по фиг как листу фанеры.
— Блин, не могу выйти, — воет Лика. — Клава молчит!
— Моя тоже.
— И у тебя? А мышь?
— Работает, но…
— …только на локации. Кнопки меню заклинило!
Сергей зубочистку выплевывает.
— Бред. Мы же на разных компах. А игра виснет один в один…
На дисплее появляется второй курсор, плавно виляет. У Сергея рот нараспашку, протирает глаза. Может, перепутал аптечку с сахарницей, ухнул в чай какую-нибудь глючную гадость? Нет, хоть и задрот, но не псих. Да и чай не пил, тот уже холодный как айсберг в океане.
— Сереж, у меня два курсора!
— И у меня…
Сергей залпом выпивает чай, сердце бьет в ребра как авто на краш-тесте.
— Один мой, а второй…
— …мой.
Старается не паниковать. Может, какая-то фишка «Источника»? Бонус за убийство тысячи мобов или вроде того? Сергей осторожно подводит курсор к Ликиной стрелке, та испуганно отпрыгивает, но затем робко навстречу. Стрелки сливаются в одну, пухлую и алую, как клубника, ее окутывают розовые ленты, вертятся как вокруг фигурной гимнастки, взрываются фейерверками.
— Что происходит? — спрашивает Лика то ли испуганно, то ли восхищенно.
— Не знаю…
Гроза свирепеет, молнии скользят по стеклу, ливень расчерчивает пространство на мрачные штрихи, будто карандаш озверевшего художника, от грома бетон трясется, кресло проводит дрожь.
Игроки рыщут по карте, пытаются выяснить, в чем дело, курсоры тянут камеру в разные стороны, как лебедь и щука, ладно хоть без рака, но затем сливаются в клубничный треугольник. Сергей и Лика двигают стрелку синхронно, иногда чей-то курсор отстает или обгоняет, ягода разрывается на два блеклых ромбика.
Но скоро привыкают.
Сергей улыбается, Лика посмеивается смущенно. На разных концах города, не виделись даже по скайпу, но сейчас чувствуют другу друга, словно, прижавшись, танцуют медляк при свечах.
