– Ага-ага, а с рыбой что делать? – Николас показал взглядом на чан, до краёв наполненный водой. В нём плавали рыбины. Прекрасно! Нас ждет сытная уха! Я пригляделась повнимательней. Рыба была в основном крупная, размером мне от локтя до кончиков пальцев. Мелочи, сантиметров по двадцать, пара рыбок.
Каша значит с мелко порубленным окороком. И салат - отварная свёкла с чесноком и маслом. Яйца отварим, но их мало, поэтому пойдут раненым. С завтрака осталось немного салата с капустой, каша и суп. Это хороший знак, значит всем хватило еды.
– Николас! Я вот только не знаю, как быть с хлебом. – Я показала свои ладони. В красных пятнах и свежих порезах они выглядели ужасно. – Я знаю как приготовить, не так как утром, только сама сделать не смогу.
Рецепт простой, из походных. Тесто замешивается как на пельмени, раскатывается в колбаску и отворачивается вокруг палки. Жарить как шашлыки. Странно, что утром я не вспомнила этот рецепт.
Николас согласно кивнул, и мы начали приготовления. Помыть свеклу и подвесить вариться. Рыбу выпотрошить и убрать жабры, чистить не надо. Потому что мы будем её варить в тряпке, а потом отделять мясо от костей и кожи. Ну а с кашей все понятно.
И закипела работа. Не успела я оглянутся, как вокруг копошился утренний состав помощников. Они сами между собой договаривались, кто что делает. Попутно освобождали котлы от остатков утренней еды. Нет! Не выбрасывали! Перекладывали в пустые кувшины и горшки. Мало-ли не хватит еды в обед? Или кто добавки попросит? Вот и пригодится!
Ходила по нашей кухне, активно давала советы, а мысли были далеко. Отец Серхио знаком с ликовом Домианом? Их что-то связывает? По всей видимости - да. Причём доверяет ему больше, чем ликову Андреасу. Почему так? Они вроде оба командиры. А еще, краем глаза, я заметила, что мои помощники по кухне, при дележе людей, перебежали в “соседний лагерь” следом за мной. Хотя может просто совпадение? Ах, да! Сказалась бессонная ночь накануне, скорее всего я многое додумала сама. А еще это происшествие с купанием.
Позже на обед пришёл Томас. Я разглядела его в общей очереди, и за руку привела к нам, на кухню. Софи налила ему ухи, а я устроилась рядом, сидели мы прямо на земле, и дожидалась момента поговорить.
– Ты зачем из лагеря уходила? – Утолив первый голод, строго спросил у меня старик. Ох ты ж! И он знает. Стыдно то как! Я пересказала что хотела искупаться, и не подумала о последствиях. На мои слова Томас только укоризненно покачал головой.
А потом рассказал, что далеко не всех орденцов убили или захватили в плен. Многие разбежались в пылу боя и сейчас рыскают по округе, поэтому отходить далеко опасно. Сейчас я и сама это понимала, и только ниже опустила голову.
– Ты вспомнила себя? Ну откуда ты и прочее? – Я отрицательно замотала головой. – К кому из ликовов пошла? Или ещё думаешь?
– Отец Серхио определил нас с Софи к ликову Домиану. – Ответила с театральным вздохом.
– Вот и хорошо! Я тоже к нему примкнул. Значит вместе держаться будем. – Эта новость меня несомненно обрадовала. Томас надежный, и ко мне добр.
Немного помолчав, все же спросила о его выборе. Почему именно ликов Домиан? Старик разом оживился, и принимая из рук Софи тарелку с кашей, салатом из свеклы и половинкой вареного яйца, поведал.
Его бывший хозяин и ликов Домиан были знакомы. Последний несколько раз приезжал к ним в гости. Что про него известно Томасу? Немного. Двадцать пять лет, жена умерла родами оставив ему дочь. Перед нападением ей было примерно пять лет. Что с ней стало - неизвестно. Он единственный сын у своих родителей, в наследство получил обширные земли.
Опять-же до нападения земли были богаты урожаями. Но они сильно пострадали. Вроде бы даже крестьян не осталось. Они с ликовом Андеасам соседи, поэтому сколотили отряд и пошли воевать вместе.
Я спрашивала где мы будем жить, что есть? Понятно, что вскоре пойдут первые урожаи. А вот прямо сейчас? Кору с деревьев?
– Анна! По закону, все что отобрали у врагов, остается воинам. Император ничего не забирает, потому что и не платит за службу. Ликовы разделят телеги с добром, расплатятся с воинами и на эти деньги будут свои хозяйства поднимать. – Это же прекрасно! Наверняка у орденцов припрятано золото и бриллианты. Возможно голод нам не светит. Сплошь хорошие новости!
– Пора мне обратно к раненым. А ты больше никуда не ходи. – Старик поднялся было идти, но на прощание рассказал, – Завтра утром выдвигаемся. Я найду тебя.
Проводив Томаса я поела ухи и начала буквально клевать носом. Запиналась на ровном месте и отчаянно, до слез зевала. Однорукий Николас в какой-то момент возник напротив и посоветовал идти спать. Сейчас от меня толку мало. Спать так спать. Нашла Карлу и Софи, рассказала о своих планах. Карла откуда-то притащила не очень грязное одеяло, или отрез толстого грубого сукна. Она расстелила его между берегом реки и кострами и уселась сверху.