В том месте, где Ледяная вытекала из Спокойного озера, у берега темнел силуэт ладьи и горел костер. Да Дерг попросил короля пониже надвинуть капюшон плаща, и они приблизились. Косматый человек поднялся навстречу.
— Отплываем, господин?
Ладейщик спросил так, словно расстался со спутником Конана совсем недавно.
Они поднялись на борт судна. На корме возвышался шатер из звериных шкур. Да Дерг жестом пригласил короля проследовать туда.
Конан ожидал увидеть в шатре Арэля, но там никого не было. Свеча под стеклянным колпаком едва освещала устилающие пол меха и какие-то тюки.
— Где пикт? — снова спросил киммериец.
— Вам следует переодеться, — сказал брегон. Он развязал объемистый узел и протянул Конану длинную вышитую рубашку, кожаную куртку, потертые штаны и высокие башмаки со шнуровкой.
— Ты оглох? — Конан чувствовал, что закипает. — Я спросил о пикте!
— Арэль у себя на родине, — в полумраке почудилось, что по лицу брегона скользнула насмешливая улыбка. — Думаю, гоняет сусликов с мальчишками. Он еще ничего не знает ни о Дарамулуне, ни о друиде Дивиатрексе…
Могучий кулак варвара метнулся к лицу хрупкого фаллийца, но тот ловко увернулся, а киммериец, споткнувшись обо что-то мягкое, упал на устилавшие палубу шкуры. Он заворочался, рыча, словно раненый зверь, чующий, что его заманили в ловушку… И услышал спокойный голос Да Дерга.
— Я думал, знаменитый Конан-варвар более хладнокровен. В моих действиях нет обмана, я просто не все сказал тебе, лоннансклех. Тебе предстоит не только найти заброшенное капище, но и успеть к обряду Посвящения. Поэтому я перенес тебя в недалекое прошлое. Сейчас весна, канун дня Раскаявшегося Элкмара. Насколько я знаю, король со своим оруженосцем загонят сегодня матерого секача…
— Мой двойник? — прохрипел снизу киммериец, силясь понять слова брегона.
— Двойник — это ты! Существо, сотворенное мною в подвале дворца — всего лишь фантом. Оно исчезло почти сразу, на винтовой лестнице. Настоящий король еще спит. Стражник у потайной калитки будет удивлен, когда его повелитель в сопровождении юного Альфреда пройдет мимо него второй раз. Ну да он не станет болтать, приписав видение последствиям вчерашней выпивки.
Мысль варвара лихорадочно работала, пытаясь расставить все по местам. Ему доводилось попадать в самые удивительные передряги, однажды некое существо мгновенно перенесло Конана с берега континента My в Стигию, одновременно отбросив в прошлое, к началу его приключения. Выходит, время подвластно магии… Что ж, фаллиец обыграл его и на этот раз, добившись своего.
— Значит, сейчас существуют два Конана? — спросил киммериец, усаживаясь на подстилке. — И какой же из них настоящий?
— Оставим этот вопрос философам, — весело рассмеялся Да Дерг. — Не держи на меня зла: если бы я заранее все рассказал, ты мог бы отказаться, ибо человеческому разумению противны подобные опыты со временем. Как бы то ни было, день Раскаявшегося Элкмара должен войти в историю. Может быть, впервые на Земле существуют два совершенно одинаковых человека. Правда, один из них — король, который сейчас просыпается в своей опочивальне, предвкушая радости охоты, а второй — бесприютный воин, наемник, которому предстоят немалые трудности…
— Что же должен сделать этот… второй? О чем ты еще умолчал, хитрый потомок пиктов?
— Я сказал правду: ты должен успеть добраться до капища, предотвратить нападение ваниров, что позволит Дивиатриксу завершить обряд Посвящения, а Арэлю обрести Подлинное Имя. Затем ты отнимешь у друидов юношу, отвезешь на остров Фалль, где он вступит на Камень Делений и станет Амруном детей Богини Банну. А ты навсегда избавишься от холода сихаскхуа.
— И вернусь в свое время?
— Да. Если успеешь совершить все до кануна Аскольда Мечника, когда я перенес тебя в прошлое.
— А если нет?
Брегон помолчал.
— Не знаю, — произнес он задумчиво, — клянусь Мах Банну, не знаю! Может быть, ты исчезнешь, а может — исчезнет наш мир.
На палубе раздавались команды, топот ног, скрип поднимаемой мачты.
— Куда мы направляемся? — спросил киммериец.
— В Кордаву.
— Но это не ближний путь до Пустоши Пиктов! Мы могли бы доплыть до Галпарана, а оттуда посуху добраться до Велитриума.
— Джаббал Саг, — с расстановкой произнес брегон. — Помнишь?
И Конан вспомнил…
Под мерный плеск весел ладья выходила на стремнину.
