Писцы измеряли в одном поле как пахотную землю, так и «перелог и что лесом поросло», причем выборочно в каждом из описываемых объектов, считая в двух других «по тому ж». Такой способ измерения в одном поле был обусловлен существованием паровой трехпольной системой земледелия.
Любая перепись фиксирует объект на определенный момент времени, дает статическое его состояние. Писцовые книги в этом смысле – не исключение. Сравнение основных показателей проводимого описания с предыдущим было важным принципом их составления: так правительство получало представление о динамике обложения земель в масштабах частного владения или какого-либо уезда, а значит, и о поступающих налогах. Накопленный опыт по регистрации объектов описания обобщался в
Особенно наглядными приемы описания и его структура стали в писцовых книгах 1620–1630 гг. При описании фиксировалась культивируемая земля и учитывалось число дворов во владениях. Размеры пахотной земли («жилое») и переложной («пустое») были основой для исчисления писцами сошного оклада. Писцы сначала описывали административный центр уезда, а в нем учитывали жилые дворы, лавки, ремесленные заведения, подлежащие обложению, а также городские укрепления и церкви. В уезде, двигаясь по станам и волостям от близлежащих к городу к дальним, они фиксировали земельные владения (поместные, вотчинные, церковные, монастырские – с указанием имени и чина землевладельца), села и деревни (с их названиями и местоположением), типы сельских поселений (полноценные, жизнеспособные – села и деревни; появившиеся, но не набравшие силы – починки и займища; бывшие селения – селища и пустоши). В каждом из селений сначала указывались дворы землевладельцев, их людей (холопов), приказчиков (если они были), затем перечислялись дворы крестьян и бобылей (по трем категориям: жилые, пустые и давно запустевшие – дворища и дворовые места). Указывались имена дворовладельцев-тяглецов в «живущих» дворах, а также живших ранее в «пустых».
В центре внимания при составлении писцовых книг была земля: пахотные, сенокосные, лесные угодья. Главным же объектом внимания была, естественно, земля возделываемая. Описание каждого из владений заключалось итогом: числом селений, дворов и людей в них, разных угодий; исчислением в сохах и их долях «живущего» и «пустого»; сошным окладом «с живущего» в четвертях, а также некоторыми иными сведениями.
После поместно-вотчинных владений в каждой волости описывались владения монастырей, затем церковных погостов на «государевой» земле и, наконец, оброчные земли. Заключал писцовую книгу уездный итог по всем категориям владений в соответствии с указанными выше итоговыми пунктами.
Если писцам приходилось проводить межевые работы, наряду с писцовыми они составляли
Писцовые книги различаются подробностью информации, что зависело от личных качеств и отношения к делу разных писцов. В то же время в каждом из описаний четко выделяются основные конструктивные элементы текста, что свидетельствует о его высокой формализации. Это позволяет группировать данные книги в разных сочетаниях, манипулировать ими для суждений по широкому кругу аграрных, фискальных, демографических и других вопросов. При этом используются статистическая обработка данных с применением корреляционного анализа и компьютерных технологий.
В другом виде кадастровых источников – переписных книгах – объектом учета был податный двор, а не земля. В них сводились результаты государственных переписей 1646–1647 и 1678–1679 гг., которые использовались в фискальных целях. В переписных книгах зафиксированы разные категории тяглого населения в городах (посадские люди и бобыли), сельских местностях (крестьяне и бобыли, принадлежавшие светским и духовным феодалам, а также жившие в дворцовых и черносошных волостях). Холопы (задворные и деловые люди) регистрировались, если они обитали в чьем-либо тяглом дворе. В перепись поименно заносили, как правило, мужчин – жителей податного двора. В случае, если дворохозяйкой, взявшей на себя обязанность нести тягло, была женщина (как правило, вдова), в переписную книгу включалась она.
Переписные книги представляют собой незаменимый демографический источник для второй половины XVII в. Перепись была ответом правительства на многочисленные челобитные рядовых дворян о бегстве крестьян и на требования установить бессрочный сыск беглых. Практическим следствием переписи стало использование ее результатов для налогообложения.
