Конечно же, найдутся «умники» с научными степенями, которые попытаются приписать эти древности диким угро-финнам. Однако достоверно известно, что охотники и рыболовы финны никаких городов сами не строили, тем более, что город с такой сложной фортификационной структурой был не по силам не только охотникам и рыболовам угро-финского племени, но и чуть более их культурным скандинавам, так и не научившимся за все время Средневековья строить ничего более интересного, как только небольшие кольцевые укрепления викингов.
На Белоозере перед нами следы существования древнейшего славянского державства, берущего свое начало во временах Словена и Руса. Таким образом, не случайно лучшие отечественные историки XIX века были убеждены в том, что родиной славян был северо-западный угол Восточной Европы. Только ли Передольские и Битнер были защитниками этой теории? Конечно же нет, и самое время обратиться к крупнейшему русскому филологу и историку, авторитету мирового значения — Шахматову. А. А. Шахматов писал: «Первый, коренной вопрос в жизни славянства — вопрос о славянской прародине — ставит исследователей лицом к лицу с другим вопросом — вопросом о прародине индоевропейцев; уяснение последнего вопроса ведет неминуемо к освещению первого».
Среди различных гипотез, недостатка в которых уже в XIX столетии не было, можно смело выдвинуть две наиболее обоснованные.
Первая из них полагала древней родиной арийского племени Северное Причерноморье. Вторая, выдвинутая индийским ученым-брахманом на заре XX столетия Л. Б. Тилаком, базировалась на тщательном изучении богатейшего мифологического наследия индоарийских племен.
Проанализировав тексты древнеперсидской священной книги Авесты, и священных индийских Вед, Л. Б. Тилак пришел к убеждению, что древнюю прародину индоевропейцев нужно искать в приполярных областях Восточной Европы. Забегая вперед, сразу оговоримся, что автор полностью разделяет концепцию Л. Б. Тилака и в ходе своего изучения скифского вопроса нашел еще одно подтверждение теории арктической прародины арийцев. Оставляя в стороне филологические и археологические вопросы, мы должны обратиться к самому надежному индикатору этнической принадлежности древности — расе, которая в то далекое время, когда «вавилонское столпотворение» рас и языков не достигло того безумного хаоса, какой можно наблюдать теперь во всем мире, являлась слитой с языком этнической группы в одно целое.
Иными словами, древнее арийское единство подразумевало единство языка и расового типа племени.
Не будем сейчас комментировать проблему реконструкции древнего арийского языка эпохи единства. Обратимся непосредственно к антропологии. Весь ученый мир еще в XIX веке пришел к убеждению, что древние арийцы в общем и целом принадлежали в широком смысле к нордическому расовому типу: были светловолосыми, светлоглазыми и высокими людьми. И вот, что важно. Для того чтобы уточнить детали этого древнего расового типа, ученые обратились к сравнительной антропологии.
Надо было выделить тот регион, где расовый тип населения или не менялся вовсе на протяжении всей доступной для антропологического изучения истории, или менялся только вследствие внутренней эпохальной эволюции. Претензии германского научного мира на признание прародиной Скандинавии этому критерию не соответствовали. Оказалось, что арийцы — пришельцы не только в Скандинавии, но и в Центральной Европе. И вот в ходе изучения этого вопроса русские ученые императорской антропологической школы сделали потрясающее открытие.
Оказалось, что существует невыделенный ранее восточноевропейский расовый тип, имеющий прямое отношение не только к русскому народу в целом, но и к древним скифам, а также и всем насельникам Восточно-Европейской равнины с глубокой древности. И именно этот тип соответствовал требованию эпохальной устойчивости для определения исходного расового типа для всех индоевропейских народов. Говоря же о русском народе, антропологи еще в XIX веке с изумлением отметили, что русский народ, вопреки бытовавшему и ныне бытующему суеверию, — народ в расовом плане удивительно однородный, более однородный, чем даже немцы. При этой фундаментальной однородности в русском населении были выделены двенадцать областных антропологических типов, что и неудивительно при такой огромной площади расселения русского племени. Наиболее характерных антропологических типов оказалось четыре: ильменско-белозерский, волго-вятский (с валдайским вариантом), дон-сурский и верхнеокский.
