Саша старался не заострять внимание ни на людях, ни на обстановке, чтобы лишний раз не тратить силы на осуждение образа жизни богачей. Их поведение, глупые привычки и неконтролируемая страсть к хвастовству были для него непостижимы. Нет, он и сам любил хорошо одеваться, хотя часто его образы были однотипны. Но даже статус самого богатого человека в стране не давал ему повода из-за одного лишь люксового бренда и поддержания своего статуса в десятки раз переплатить за то, чему можно было найти не менее качественную замену. Разницу в сумме, как он считал, разумнее было отложить на закупку материалов для изобретений, финансирование коллайдера и пожертвования тем, кого больше волнует нехватка денег на еду, а не на новые часы или трость.
Порой Саша задумывался, сколько жизней он мог бы изменить, если бы давно бросил затею с разработкой вакцины и не тратил на это львиную долю своих денег. Но несмотря на маловероятный успех, он был готов потратить еще больше вложенного. Пойти до конца, но перепробовать все.
Дирк покуривал на диване, закинув руку на спинку, и сосредоточенно вглядывался в толпу, точно кого-то выискивал. Клюдер напрягся. Конечно, как он мог даже допустить, корил себя Саша, что отец просто так позовет его в казино. Наверняка решил познакомить еще с одним приятелем.
Наконец взгляд Дирка вцепился в проходившего мимо официанта, и он поднял руку. Официант стушевался. Робко, с вопросительным выражением лица он указал на себя, получил удовлетворительный кивок и подошел к столику.
– Здравствуйте! Добро пожа… – лишь сейчас он рассмотрел обоих гостей и вдруг запнулся от испуга.
Сашу привлекло резкое молчание, и, оторвавшись от гнетущих размышлений, он поднял голову. От увиденного в голове тут же возникли десятки вопросов.
– Здравствуйте, – робко кивнул ему Мелл, сжимая в руках планшет. В белой обтягивающей рубашке с закатанными рукавами, черной шелковой жилетке и брюках в нем сложно было узнать королевскую особу.
– Вы здесь работаете? – Саша уставился на довольного Дирка, как бы вытягивая из него объяснения.
С легкой грустью и неимоверным облегчением Мелл осознал, что, хотя вопрос был адресован ему, германского принца интересовали ответы именно от отца. И не из-за того, что Мелл вдруг заинтересовал его, а потому, что ему было интересно узнать, как такое возможно.
– Да, я и раньше тут работал, но немного, – все же ответил он. – Должен отметить, мне пока не разрешают принимать заказы от VIP-персон, поэтому я сейчас позову для вас официанта.
– Ничего страшного, – ответил Дирк со снисхождением. – Я и не заинтересован в… обслуживании случайной официантки, – хихикнул он. – Ну же, расслабься, Мелл. Ты словно проснулся после кошмарного сна.
– Просто это очень неожиданно. – Парень выпрямился и перевел дух, вооружившись планшетом. – Чего желаете?
– Мне, пожалуйста, стосорокалетний Hardy Perfection[2], один стакан. Тебе, сын, что?
– Ничего.
– Да брось. На тебе лица нет. Тебе нужно хорошо питаться, иначе твои прекрасные прокаченные мозги скукожатся от голода. Что нам тогда с Гедалией делать, а? – коротко рассмеялся Дирк и хлопнул сына по плечу.
Саша вздрогнул. От каждого такого прикосновения тело на секунды охватывала мерзкая дрожь.
– Хорошо. Я съем что-нибудь.
– Предлагаю нежнейшее каре молочного ягненка, – сказал Дирк.
– А есть что-то, что старше шести месяцев?
– Могу предложить стейк из говядины породы Вагю, – добавил от себя Мелл.
– Отлично! В прожарке rare будет самое то.
– Предлагаешь есть сырое мясо? – Саша смерил его презрительным взглядом и обратился к Меллу: – Давайте well done.
– Но Вагю не рекомендуют жарить до полной готовности.
– Я все-таки попробую. И, раз на то пошло, я бы выпил что-нибудь безалкогольное.
– Может, имбирный коктейль? – предложил Дирк.
– Но… – хотел возразить Мелл.
– Отлично, пусть будет.
Саша не заметил, что Мел хотел что-то сказать: он не мог дождаться, когда тот уйдет. Когда это наконец произошло, он повернулся к отцу и спросил деловитым тоном:
– Как так вышло, что делиуарский монарх работает официантом на вилле твоего отца?
– Мелл – парень простой. До того, как его отец женился на Лавинии, он жил в крохотной квартирке, его родители зарабатывали немного. Так что даже королевский статус, который, впрочем, многие не признают, не может тягаться с низшим происхождением, поэтому он не брезгует зарабатывать себе на жизнь таким трудом.
– Смотрю, тебе это только в удовольствие – держать его рядом с собой.
– Есть такое. Ты мог заметить, что он… Как бы это сказать… Одаренный. Одаренный глупостью и наивностью. Он из тех редких, но жалких скромняг, мимо которых проходят сотни возможностей, но ни за одну из них в силу своей скромности они не вцепятся, посчитав, что оно им не нужно. Иными словами, жизнь его так бессодержательна, что я решил помочь парню и наполнить ее хоть каким-то смыслом, пусть даже этот смысл заключается в том, чтобы разносить еду.
Саша подавил желание вступить с Дирком в дискуссию. Вместо этого он язвительно бросил:
– Есть ли предел твоему высокомерию?
