Возможно, что Юровский, прошедший до революции соответствующий курс обучения в Германии, а также Войков и Сафаров, были давно нацелены Лениным на решение зловещей задачи убийства Романовых и именно с этой целью привлечены в число первых коммунистических бацилл, заброшенных в Россию.
Действительно, мировая закулиса давно готовила акцию убийства Романовых. Так еще в 1907 г . была выпущена так называемая новогодняя открытка, на которой Император Николай изображен в виде жертвенного петуха, приготовленного еврейским раввином для ритуального убийства.
После завершения своего страшного деяния убийцы докладывали правительству Ленина:
Секретная телеграмма Белобородова секретарю СНК Горбунову от 17 июля 1918 года гласит:
«Передайте Свердлову, что все семейство постигла та же участь, что и главу, официально семья погибнет при эвакуации».
Ночью находившийся в Ипатьевском доме (или прибывший туда) отряд латышей, заменивший прежнюю стражу, получил предписание Юровского расстрелять всех заключенных.
Отрекшийся Император, его жена, сын, дочери и фрейлина были вызваны из спален под предлогом немедленной эвакуации из Екатеринбурга. Когда все они вышли к латышам, им объявили, что все немедленно будут расстреляны.
В комнате, длиной в 8 и шириной в 6 аршин, жертвам некуда было податься: убийцы стояли в двух шагах. Подойдя к Государю, Юровский холодно произнес: «Ваши родные хотели вас спасти, но это им не удалось. Мы вас сейчас убьем».
Государь не успел ответить. Изумленный, он прошептал: «Что? что?» Двенадцать револьверов выстрелили почти одновременно. Залпы следовали один за другим.
Все жертвы упали. Смерть Государя, Государыни, трех детей и лакея Труппа была мгновенна. Цесаревич Алексей был при последнем издыхании; младшая Великая Княжна была жива: Юровский несколькими выстрелами своего револьвера добил Цесаревича; палачи штыками прикончили Анастасию Николаевну, которая кричала и отбивалась.
Когда все стихло, Юровский, Войков и двое латышей осмотрели расстрелянных, выпустив в некоторых из них еще по нисколько пуль или протыкая штыками.
Войков рассказывал, что это была ужасная картина. Трупы лежали на полу в кошмарных позах, с обезображенными от ужаса и крови лицами. Пол сделался совершенно скользкий… Спокоен был один Юровский. Он хладнокровно осматривал трупы, снимая с них все драгоценности…
Г. Беседовскии На пути к Термидору.
Из показаний М. Томашевского, данных комиссии И. А. Сергеева. Юровский распорядился, и латыши стали выносить трупы через двор к грузовому автомобилю, стоявшему у подъезда.
…Тронулись за город в заранее приготовленное место у одной из шахт. Юровский уехал с автомобилем. Войков же остался в городе, так как должен был приготовить все необходимое для уничтожения трупов. Для этой работы было выделено 15 ответственных членов Екатеринбургской и Верхне-Исетской партийных организаций. Все были снабжены новыми остро отточенными топорами такого типа, какими пользуются в мясных лавках для разрубания туш. Войков, кроме того, приготовил серную кислоту и бензин…
Самая тяжелая работа состояла в разрубании трупов. Войков вспоминает эту картину с невольной дрожью. Он говорил, что когда эта работа была закончена, возле шахты лежала громадная кровавая масса человеческих обрубков, рук, ног, туловищ, голов.