Ленинизм, т. е. марксизм эпохи империализма и пролетарских революций, возник также в стране, которая в экономическом и политическом отношении не была передовой. Ленинизм возник в период крайнего обострения всех противоречий мирового империализма, когда капитализм превратился в монополистический, загнивающий капитализм, когда пролетарская революция стала в порядок дня. Россия конца XIX и начала XX в. представляла собой узел противоречий мирового империализма. Россия начала XX в., как и Германия 1848 г., была беременна революцией, причем были все возможности перерастания буржуазно-демократической революции в социалистическую. Вот почему именно Россия, а не какая-либо другая страна стала родиной ленинизма, а вожди русского рабочего класса Ленин и Сталин явились его творцами.
Данный И. В. Сталиным в «Вопросах ленинизма» анализ исторических корней ленинизма является классическим образцом того, как надо подходить к изучению условий возникновения и развития передовых идей.
В обществе, разделенном на непримиримо враждебные, антагонистические классы, не может быть внеклассовой идеологии: морали, философии, эстетических воззрений и т. д., как нет и не может быть людей, стоящих вне классов. Со времени раскола общества на враждебные классы, на угнетателей и угнетенных, эксплуататоров и эксплуатируемых, идеология всегда была классовой. При этом господствующей идеологией всегда была идеология экономически и политически господствующего класса, выражающая его положение, интересы, освящающая и закрепляющая его экономическое и политическое господство.
«В каждую эпоху, — писал Маркс,— мысли господствующего класса суть господствующие мысли, т. е. тот класс, который представляет собой господствующую материальную силу общества, есть в то же время и его господствующая духовная сила. Класс, имеющий в своем распоряжении средства материального производства, в силу этого располагает и средствами духовного производства, так что благодаря этому ему в то же время в общем подчинены мысли тех, у кого нет средств для духовного производства. Господствующие мысли суть не что иное, как идеальное выражение господствующих материальных отношений». (К.Маркс и Ф.Энгельс, Соч., т. VI, стр. 36-37).
Справедливость этих положений Маркса подтверждена всей историей классового общества.
В рабовладельческом обществе господствовала идеология класса рабовладельцев. Эта идеология открыто защищала неравенство людей, считала рабство явлением естественным, соответствующим природе людей. Сам Зевс, по мифологии и преданиям древних греков, повелел рабам быть рабами. Аристотель учил, что рабство не только необходимо, но и естественно. Он писал, «что одни люди, по своей природе, — свободны, другие — рабы, этим последним быть рабами полезно и справедливо». (Аристотель. Политика, М. 1911, стр. 14).
В отличие от современной буржуазной идеологии, прикрывающей наемное рабство фразами о «равенстве» и «братстве», в философии Аристотеля выступает ничем не прикрытая, обнаженная апология античного рабства. Французский историк А.Валлон, автор книги «История рабства в античном мире», критикуя взгляды Аристотеля на рабство, негодует и недоумевает, как этот величайший ум древности не мог понять, что и рабы — люди. Если бы Аристотель, говорит Валлон, применил к этому факту всю силу своего ума, своей логики, он не пришел бы к ложному выводу о естественности рабства. Но дело, конечно, не в силе логики, не в непоследовательности мысли. Рабство во времена Аристотеля было явлением исторически необходимым, единственно возможной прогрессивной формой производства. Аристотель был идеологом господствующего класса рабовладельцев, он смотрел на рабство глазами рабовладельцев и исходил из их интересов.
Однако и в древности отношение к рабству не было одинаковым. В противовес рабовладельцам рабы ненавидели рабство и считали его несправедливым. Об этом прежде всего свидетельствуют многочисленные восстания рабов в Греции и Риме. История античного мира заполнена классовой борьбой. Эта борьба так или иначе получала свое выражение в области идей.
