Тан шокировано присела на край пластикового стула, растерянно перевела взгляд на телефон подруги. Чунтао нажала на кнопку блокировки и вовсе застыла от неожиданности. На экране засияло сообщение от незнакомого номера. «Тебе конец, Ли Хе Рин!» — гласило краткое послание. Тан разблокировала сотовый и открыла сей чат. Из подобных угроз складывалась целая поэма! Чун резко встала на ноги. Злость, шок, ярость, все самые неприятные эмоции накатывали волной цунами! Это была последняя капля! Теперь Чунтао ни за что не будет молчать! Ни за что!
***
Хань бороздил по асфальтовым венам ночного Сеула. В голове царило блаженное спокойствие, в мыслях порядок. Так редко наступает внутренняя гармония, что иногда её просто не можешь отличить от всеми желанного счастья. Или же это все-таки счастье дурманило молодой рассудок и с успехом перекрашивало серую городскую жизнь в пеструю палитру красок?
Лу как раз подъезжал к дому после насыщенного дня. Победа на тренировочном матче обеспечила капитана желанным отдыхом на целых три дня. Теперь-то он мог заняться своими делами и подольше находиться рядом с вредной Чунтао. Хотя в последнее время вредной её было сложно назвать. Девушка легко шла на контакт, часто улыбалась и на самом деле была милейшим созданием. Куда пропал былой гонор, Лу даже не представлял и решил радоваться тому, что происходило на данный момент.
Парень припарковал машину. Неспешно подошел к дверям подъезда. В голову ударило ощущение опасности. «Что-то здесь неладно». Лу осмотрелся. Пустой и холодный двор. За колоннами, несущими объемный массив второго этажа, царила вполне привычная атмосфера — ночная тишина.
— Вижу, отлично поживаешь, Лухан, — грубый голос полоснул слух. Футболист обернулся.
— Как и ты, Чжан Исин, — хладнокровно бросил Хань. Появление этого человека не сулило ничего хорошего. Старых врагов не существует, и Лухан это прекрасно знал.
— Я слышал, ты совсем осмелел и даже умудрился влюбиться? — слегка опущенные к краям глаза сквозили ненавистью. Чжан, известный в кругах местных шаек как Лэй, опирался спиной к мраморной колонне здания. — Тан Чунтао, если не ошибаюсь?! — мерзкий оскал заставил Ханя болезненно сжать кулаки.
— А ты все никак не уймешься? Прошлого раза видимо было мало, — свирепый взгляд Лу пробирал до костей. — Пора взрослеть.
— Кто бы говорил, — Исин говорил серьезно. Желание мести пропитывало каждое его слово, движение, взгляд. Этот разговор не был обычным запугиванием.
— Тронешь её, — Лу подлетел и схватил парня за грудки, крепко впечатывая в ледяную мраморную поверхность. — Убью! — Еще одна маленькая капля и Хань окончательно потеряет над собой контроль. Его глаза чернели от нахлынувшей ненависти. Так заводятся хищники, когда кто-то бессовестно собирается украсть их добычу.
— Вот значит, — Чжан с силой оттолкнул футболиста от себя, — как ведут себя влюбленные дураки! Тебе еще недолго улыбаться. Знай, что мне известно все: где она живет, в какой группе учится, с кем общается.
— Сволочь, — Хань сорвался с места.
— Наслаждайся тем малым, что я великодушно оставляю тебе сейчас, — Лэй оттолкнулся от стены и полностью проигнорировав порыв своего врага, развернулся и ушел.
Зимняя стужа проникала в самую глубь души. Лухан следил как исчезает в темноте когда-то побитый им враг, а в сердце размножаются миллиарды клеток страха, которые Чжан Исин поселил после себя. Любить — восхитительный дар богов, но за прошлое всегда приходится платить. Главное, чтобы этой платой не стала ни в чем неповинная Тан Чунтао. Это единственное, о чем сейчас молил небеса Лу Хань. «Только не Чунтао, прошу…».
Комментарий к 29.
Приятного чтения, друзья! С праздником Вас!!!
========== 30. ==========
Всю неделю Тан разыскивала Ким Чан Ру и кого-нибудь из её шайки. Однако имя врага оказалось недостаточной информацией для поиска в огромнейшем учебном заведении. В каком факультете они учатся? На каком курсе? С кем общаются? Если бы дело не касалось Ли Хё Рин, эти данные можно было бы выведать у подруги за пять минут. Но Тан сочла правильным скрыть от Хе Рин свои поиски и хотела по-тихому замять дело, ведь химик не просит помощи не от того, что может справится сама, а от того, что боится доставить лишних проблем.
Постепенно напускное веселье Ли исчезло за пеленой грусти и страха. Все-таки дом и тишина часто обнажают скрытые в глубине чувства. Тан замечала как спадали уголки её губ, как искрившиеся от плещущей внутри энергии черные глаза тускнели, мысли уносились куда-то вдаль, оставляя голый каркас Рин в реальности.
