Радостью делиться, добиваться
Успехов, быть, конечно, впереди
Бороться с ложью и сражаться.
Евреи не ведут себя иначе,
И чем тягаться с Палестиной
И строить разделения границы,
Не лучше ли прийти и помолиться
У стены могучей-Плача!
Евреи – не национальность,
А стиль души,
Частички,
По миру распределенные.
Ты только спроси,
Что заставило их испытать
Гонения во времени,
Войну и наступления…
Но какого было мое удивление,
Когда я увидела у себя,
В родимом городе,
Известную звезду
С земли обетованной.
Божеством хранимая,
Цветом кожи от нас отделимая,
Это была Эстер Рада
С туром гастрольным
По земле черноземной.
Я поняла, что быть с тобою
Все равно, что быть одной.
Скорее ты не человек,
А монстр. Стоит только вникнуть
В суть твоих паршивых мыслей,
И от действительности
Сердце сжимается так,
Что дыхания не хватает.
А сознание ему повторяет в такт,
И возмущаясь, тебя не принимает!
Хоть ты и друг,
Но как ты ни крути,
В 21 веке все построено на деньгах.
А ты прикинь, ведь разве купишь
Ты побуждения и действия сторон,
Пронизанные чувством и душой?
И каждый шаг,
Порыв в потоке благо действий,
В готовке, бытовых вопросах –
Пусть будет все наделено любовью,
Душой, заботой окрыленной.
И ни в одном торговом центре мира
Такую добродетель не купить.
И что-то так осенью запахло
Из-за угла здания прекрасного,
Откуда выпускаются таланты,
Совсем не повседневные.
И это здание стоит горой,
Защищая нас от ветра зимой,
От солнца палящего в летний зной.
Но мы вернемся и отойдем
От жарких тех воспоминаний
И, погрузившись в день ненастный,
Его остаток вместе проведем.
Под теплым пледом и в обнимку,
Окунемся в арт-хаусное кино
И растворимся в нем
Под звуки приглушенных титров.
Из всех поэтов на земле
Роднее, ближе нет его.
Полные блаженства строки
Приводят в изумление меня.
Его величество и власть его над словом
В себе секрет поэзии таят.
Но как нам все это преподать красиво,
Чтоб рифму также нам нести игриво?
Чтоб легкость слуху слушателя дать
И смыслом тайным наслаждать,
По мне, способны единицы.
Один есть человек из тех многих,
Вошедший в классику навеки.
Беру я бережно его настольный томик
И глажу каждую знакомую страницу.
Здесь все слова и строки посвящены
Поэту, восхвалявшему в своих стихах
Потоки быстрых вод, бегущих с гор,
И на ковре осеннем золотой узор,
Увядание листвы и ее рождение…
И это Пушкин, наш русский гений.
Пусть всегда на белом свете
Будет лето.
И это будет означать,
Сад эдемский, центр рая,
Никогда не опустеет
И не будет увядать.
Вместо птиц над деревами
Ангел станет тут порхать,
Сторожить и охранять.
Но ты, конечно, не забудь
С надеждой в небеса взглянуть,
При этом к Богу обратившись,
Уединенно помолившись.
Ты жди с терпением ответа,
Как ждешь спасения ты – лета.
Ведь он придет, возможно, и не сразу –
Намеком, птицей иль делами.
Ты только не теряй терпения,
Чтоб с легкостью дождаться
Загадочного исполнения
Желания парить.
Всегда пусть
На белом свете
Будет ярко и красиво.
Пусть гармония и радость
Правят миром.
Злоба, ненависть и желчь
Сгинут прочь,
И воцарятся в этом мире
Блаженство и любовь!
Важнейшее есть место
В Москве, и оно мне дорого!
Место, знаковое для каждого еврея,
Восхищающая душу синагога.
Древнейшая, с предназначением музыкальным,
Именуемая Хоральной.
Визитка, карточка, лицо –
Китай Города метро!
Москва запомнилась мне Ленинградкой,
С её шестиконечной полосой дорог.
Триумф-Паласом, что блещет лоском,
Могуществом своим и высотой,
С отличным парком и взлетной вертолетной полосой.
Мне видно из окна в старинном стиле
Убранство праздничной столицы –
Еврейская семья немолодая нас приютила,
Чтоб нам Москвою вдоволь насладиться.
Кошка гуляет сама по себе,
Не зная границы и меры,
Но и она бывает разной –
Покладистой, преданной, мягкой.
Найдет больное место,
Залижет нежно раны,
Компанию тебе составит,
За чашкой чая «поддержит разговор».
В Москве мне знакомы места,
Конечно же, не все.
Одно из них – ВДНХ,
Удивляющее своим размахом.
Оно любого покорит,
Фонтаном дружбы и зеленым парком
Народы стран всех объединит.
И есть там павильоны ВВЦ,
Торговых площадей не счесть.
Берут нас в оборот там торгаши,
Безудержно «втирая» все, что есть.
Чуть поодаль башня величавая –
Ее Останкинской зовем.
И есть, конечно, необъятный зоопарк,
И наш любимый театр, шалом!
Здесь каждый знает, раз пришел,
Насытится теплом и негой…
Есть множество всего того,
Что каждый для себя нашел,
Где он еще ни разу не был..
Ты научись давать, не забирая,
Не дашь на дашь, а просто так.
По паспорту и метрике
Ты числишься мужчиной
В графе, именуемой как пол.
И с женщиной вступая в отношения,
Тебе не отыскать увесистый предлог.
С корыстным и прошитым белой нитью чувством
Не будет продолжения, дружок!
