Сама Джез отправилась на пару с Крейком. Как стрелок демонист был ничуть не лучше Харкинса, но без него нельзя было обойтись, ведь Бесс подчинялась только ему. Голему предстояло находиться в арьергарде и приступить к действию после того, как поезд остановится.
— Отлично! — крикнул Фрей, когда каждый занял свое место. — Я не заметил никакой охраны, но давайте не будем расслабляться. Вооруженные люди там будут наверняка. Я не хочу потерять ни одного человека. Доктора нынче дороги, а с Малвери станется отрезать здоровую руку вместо раненой.
— Эй, умник! — воскликнул Малвери. — Не забывай, что я стою с многоствольной вертушкой прямо у тебя за спиной.
Команда весело рассмеялась. Все были на удивление спокойны, будто им не предстояло совершить опасное нападение. Только Харкинса трясло от ужаса.
— Все помнят план? — прокричал Фрей. Теперь он слышал приближавшийся поезд, который грохотал не на шутку.
— Да, кэп!
— Ну, в таком случае, надеюсь, вы не откажетесь напомнить мне?
Малвери закатил глаза.
— Мы направимся к переднему моторному вагону и попытаемся остановить его, — произнес он нараспев, словно читал унылую балладу. — Ашуа, Пинн и Харкинс будут отвлекать плохих парней и…
— А разве не
Остальные молча уставились на него. Пилот пожал плечами.
— Грабить-то будем мы, верно?
— Мы
Щекотливые рассуждения следовало пресечь в корне и немедленно, пока не начался спор, а то и драка. Фрей указал на Сило, бритоголового муртианина с кожей цвета умбры, который сидел рядом с ним.
— Взгляните на этого человека. Гордый пример его расы, — заявил Дариан. Сило вскинул на капитана непроницаемый взгляд. — Той расы, которую саммайцы жестоко угнетают уже добрых пятьсот лет. И даки ничем не лучше — они добровольно участвуют в этом. Ашуа упомянула, что в поезде будет полно даков и, возможно, несколько важных самми. Как, по-вашему, здесь есть рабство? Нет! Даки
Он посмотрел на свою команду, чтобы оценить эффект речи. Его слова никого не обеспокоили. Однако Пинн казался растерянным.
— Кроме того, — Фрей поднял палец, — нас наверняка встретит куча охранников с пушками. Им
— Значит, мы занимаемся трудоустройством местных жителей? — невозмутимо спросил Крейк.
— Точно! — кивнул Дариан. — Подмазываем колеса иностранного капитала.
— Кэп, — сказал демонист, — ты у нас разбираешься в экономике примерно так же, как Пинн — в гигиене.
Малвери поскреб пальцами лысину, кожа на которой покраснела и начала шелушиться.
— Пока мы не дошли до убийства женщин, детей и маленьких пушистых щенят, не вижу в нашем занятии ничего плохого. А теперь хватит пороть чушь. Мы возьмемся за дело или нет? Я хочу убраться с солнца.
— Ты не
— Значит, из тени. Куда-нибудь в более прохладное место. Например, в холодильник.
— Или в бар! — радостно взвизгнул Пинн.
Малвери щелкнул пальцами.
— А парень правильно мыслит.
— Ночью можете пьянствовать, пока не посинеете. Я за все заплачу, — подытожил Фрей. — Но сначала надо выполнить задание. Кое у кого из вас имеется динамит. Когда полезете под пули, постарайтесь, чтобы они не попали во взрывчатку. — Он посмотрел наверх по склону и увидел, что к ним спускается Ашуа. — Пора заканчивать дружескую беседу. Желаю удачи!
Судя по шуму, поезд находился совсем близко.
— Вперед! Вперед! — завопила Ашуа, даже не успев добежать до своего пескохода. Она прыгнула на водительское сиденье, нажала кнопку зажигания и с силой надавила на акселератор. Колеса машины буксовали по земле, поднимая тучи красной пыли. Когда же наконец они обрели сцепление, драндулет лихо швырнуло вперед, и Пинн едва не сломал себе спину. Фрей, Сило и Малвери помчались по пятам за первой машиной, а Джез, Крейк и Бесс ехали в хвосте.
Они упражнялись в езде на пескоходах целое утро — проверяли, как работают моторы, тренировались в управлении, — но для Дариана ощущение скорости так и осталось в новинку. Езда на драндулете ничуть не походила на полет на «Кэтти Джей», когда Фрей сидел в кабине перед панелью из меди и хрома, а окружающий мир был отделен от пилота толстым стеклом. Машины катились по земле, и их сваренные из труб клетки служили весьма хлипкой защитой. Хотя пескоходы развивали меньшую скорость, чем воздушные корабли, ощущение опасности усиливалось с каждой секундой. Сейчас, оказавшись лицом к лицу со стихиями, Фрей чувствовал себя одновременно и хрупким, и непобедимым.