Однако он ничего не чувствовал. Где же сокрушительная душевная тяжесть? После того как провалился его заговор против Аккада, он отказался от бремени командира. Он превратился в ведомого. Он боялся повторить прежние ошибки и стать виновником новой трагедии. Но сейчас он оказался здесь. Люди гибли, а он привел их сюда.
Он был бойцом. Так уж сложилось. Попытка скинуть с себя ответственность была жалким самообманом, вроде того, как курица прячет голову под крыло. Кстати, сколько народу он пристрелил, пока находился на службе у капитана? Немало. Даки угнетали его соплеменников, но ведь они тоже являлись рабами и просто выполняли приказы. Можно ли считать их невиновными? По его мнению — нет. И теперь он решился.
Ведущий или ведомый — нет никакой разницы. Люди живут и умирают. Если бы эти мальчишки не погибли сегодня по его вине, они, так или иначе, очень скоро нашли бы свою смерть. В конце концов, каждый отвечает только за себя.
— У меня есть идея, — произнес он.
— Выкладывай, — потребовал Фэл.
Сило указал рукой на домишки, за которыми возвышалось зенитное орудие. Оно стояло на небольшом бугре.
— По-моему, пушка нам пригодится.
Эхри и Фэл переглянулись. Глаза Фэла сверкнули.
— Веди, дружище, — сказал он. — Мы — с тобой.
Время бежало неумолимо.
Зрение Джез было намного лучше, чем у остальных, но свет фар бульдозера слепил и ее мешал сосредоточиться. Она выстрелила пару раз наугад, понимая, что это пустая трата времени и патронов. Даже определить местонахождение ламп было очень трудно. Прежде чем они смогут расколотить фары, машина успеет расплющить их в лепешку.
И никакой возможности проскочить! За бульдозером находились охранники, использовавшие механическую тушу как щит. Если они бросятся в атаку — их мгновенно перебьют. Даже если Бесс преградит путь громадине, та подомнет ее под себя, а даки перестреляют отряд вардийцев.
Джез обоняла пот своих спутников, пропитанный страхом. Им уже не выкрутиться. Не поможет ни дерзкий план, ни капля удачи. Сейчас у них не имелось никакого выбора, и ужас у них был самый неподдельный. Единственное исключение составлял Пинн. Он смеялся над смертью, поскольку у него просто не хватало ума понять, что дело-то серьезное.
Джез встала на цыпочки, прицелилась поверх горба Бесс и выстрелила. Опять без толку. Затем она быстро пригнулась — ответный огонь не заставил себя ждать.
Бесс оказалась практически неуязвима для малокалиберных винтовок даков, но недовольно стонала, когда в нее попадали. Крейк бормотал ей какие-то утешения и испуганно вскрикивал, если пуля пролетала слишком быстро к нему. То, что в него до сих пор не попали, было чудом.
Но бульдозер подползал, и неровная стена уже не могла служить надежным убежищем от невидимого противника.
Джез напрягалась. Вдруг ей в ноздри ударил резкий запах, прервавший ход мыслей. Она оглянулась и обнаружила, что Пинн сел на землю. В раненой руке он держал жестянку с прозрачным густым веществом, а другой, здоровой, окунал в банку патроны. Закончив, он закрыл жестянку и неловко сунул ее в карман, а потом принялся запихивать пули в барабан револьвера.
— Пинн?
— Огненная слизь! — заорал он, перекрыв грохот стрельбы и, захлопнув барабан, для вящего эффекта с треском провернул его.
— Что?
— Невероятная огненная слизь профессора Пинна! Неужели не помнишь?
— Но зачем?
— Огненные пули! — крикнул он.
— Но для чего?
Аррис пожал плечами.
— Пригодится. — Он выпрямился и прицелился. — Гляди!
— Подожди, Пинн, не надо!
Но она опоздала. Он выстрелил. Вспыхнувшая пуля, как трассер, пронзила мрак.
— Ха-ха! — триумфально крикнул пилот. — Получилось!
Джез молча указала на его револьвер. Из барабана вырывался огонь. Пинн взвизгнул и отбросил загоревшееся оружие в сторону. Оно отлетело на уступ скалы, качнулось и повернулось стволом к своему хозяину. Спустя долю секунды порох патрона взорвался, револьвер отдачей сбросило вниз, и он исчез.
Аррис посмотрел на свою перевязанную руку. Сквозь белые бинты сочилась кровь. Уродливое лицо пилота посерело. Прошедшая навылет пуля застряла в стене у него за спиной и продолжала гореть.
— Дерьмо, — проговорил он. — В то же самое место. — И потерял сознание.
— Док! — крикнул Харкинс.
— Знаю, — буркнул Малвери, старательно паливший из дробовика. — Мне сейчас недосуг возиться с нашим гениальным придурком.
— Ты предупреждал его, чтобы он случайно не подстрелил кого-нибудь, — заявила Ашуа Фрею. — Тебе нужно заняться прорицанием.
— Сработал закон больших чисел, — ответил Фрей.
— Похоже, это все-таки была не принципляция, — добавил Малвери.
