Угрик был прав. В сердце Дариана затеплилась надежда. Они уже у цели. Возможно, он увидит восход…
Йорт махнул рукой.
— Нам к озеру. Надо держаться от самми подальше. Они везде расставили патрули, так что будь осторожен.
Фрей ощутил прилив сил. Оставалось всего лишь обдурить самми, пробраться мимо них к нужному зданию и вернуть реликвию на место.
Просто ерунда.
Немного позже они нашли глаз.
К тому времени они спустились по склону и подбирались к внешним границам города. Угрик снова принялся бормотать по-йортски. Оба надели рубашки, поскольку насекомые своим жужжанием и стрекотом недвусмысленно сообщали о том, что открытое тело станет для них лакомым блюдом. В листве шуршали птицы и прочая мелкая живность. Фрей как раз задумался о
— Это что, глаз? — спросил он.
— Что?
— Вот.
— Это?
— Да. Глаз?
— Глаз.
— О!
Глаз высотой с Дариана — белый и гладкий — бесстрастно таращился из густых зарослей лиан. Его установили высоко над землей, и он не имел ни век, ни ресниц. Честно говоря, понять, что азриксы создали именно каменное око, было сложновато. Вероятно, Фрей почувствовал пропорции всего лица, укрытого деревьями. А может, ему просто стало неприятно, как будто глаз действительно пристально уставился на него.
Дариан тут же оценил размер изваяния цвета слоновой кости. Он быстро вообразил очертания тяжелого подбородка, глубоко ушедшего в землю. Нос, похоже, отсутствовал — не то по замыслу скульпторов, не то пал жертвой времени, — зато имелось нечто вроде рыла. В таком случае получалось, что лицо — явно не человеческое. Голова помещалась наклонно и была поистине колоссальна.
— Да… — протянул он. — Здоровенная статуя.
Угрик неопределенно хмыкнул. Фрей покрутил головой, пытаясь понять, где тело, к которому была приделана голова. Однако подлесок оказался совершенно непроницаем для взгляда.
— Ну и жуткие у них боги были, — глубокомысленно заметил он.
Оглянувшись в ожидании ответа, он обнаружил, что Угрик держит в поднятой руке карманные часы и стучит пальцем по циферблату.
— О да! Моя неизбежная смерть! — воскликнул Дариан и шлепнул себя по лбу, как будто позабыл об этом.
— Мне не хочется второй раз попадать в руки самми, — проворчал Угрик. — Кто-то должен вывезти меня из Самарлы. А я сомневаюсь, что твоя команда радостно встретит меня, если я заявлюсь на твой корабль один-одинешенек.
Фрей прищурился.
— А ты вовсе не такой чокнутый, каким прикидываешься…
— Я был бы сумасшедшим, если бы сказал тебе, куда мы летим, когда ты спросил. Ты бы вышвырнул меня за борт, и никакое проклятие тебя бы не остановило.
Фрей не мог не согласиться с йортом. До недавнего времени он был уверен в том, что азриксы — обычная сказка.
— Пошли, — произнес он.
Миновав статую, они направились вниз по склону.
— А тебе что здесь понадобилось? — поинтересовался он, благоразумно понизив голос. — Разве тебе не следовало сообщить о городе азриксов отцу? Почему ты вернулся?
— Без реликвии мне не поверят, — ответил йорт. — Я быстро понял, что ты мне ее не отдашь. Поэтому я и решил помогать тебе, пока ты не избавишься от черной метки.
— Тебе она так необходима?
— Да, — кивнул Угрик. — Когда мы ее доставим обратно и ты снимешь с себя проклятие… — Он ухмыльнулся. — В общем, я собираюсь опять утащить реликвию, — закончил он серьезно. — Кстати, капитан Фрей, это мое условие. Когда мы уберемся отсюда, она достанется мне.
Дариана слова йорта застали врасплох.
— Ты что, торгуешься?
— Думаешь, сможешь найти нужное место до восхода луны?
Предприимчивость Угрика понравилась Фрею.
— Еще бы, — сказал он. — Штуковина, конечно, стоит бешеных денег, но будь я проклят, если опять свяжусь с ней. Мне она не принесла ничего, кроме неприятностей.
— А ты не хватайся за то, чего не понимаешь, — посоветовал йорт.
— Спасибо за своевременный совет, — саркастически поблагодарил Фрей. — А то я как раз собрался сотворить какую-нибудь глупость.
Угрик пожал плечами и зашагал дальше.
— Ты сам как догадался, что к ней нельзя прикасаться? — спросил капитан, догоняя своего спутника. Стрекоза вознамерилась сесть ему на нос, и он отмахнулся от нее.
— Проклятье написано на клинке, — просто ответил Угрик.
— Ты умеешь читать по-азрикски?
— Нет. По древнеисилийски.
Оба замолчали, пробираясь сквозь заросли.
— Ну, объясни, что это, — осведомился Фрей наконец.
— Все языки, которые мы знаем — йортский, вардийский, самарланский и остальные, — восходят корнями к одному давно умершему языку. Древнеисилийскому. На реликвии имеется предупреждение, и суть мне все-таки удалось уловить. Не трогай! Когда я нашел оружие, оно лежало в коробке, я и не стал доставать.
— Сдается мне, ты парень толковый, — заявил Дариан.
— Да. Но не могут же все быть одинаково толковыми?
Фрей хмуро посмотрел на свою ладонь.
— Точно.
Они не останавливались. Теперь на их пути постоянно попадались стены с дверями и окнами. Появилось даже подобие улиц. Они находились вдалеке от раскопок, но Угрик был настороже, и Фрей последовал его примеру.
