Наступили школьные каникулы, и он решил поехать с семьёй в путешествие в Италию, которое они планировали ещё четыре года назад. До отъезда оставалась неделя. Однако его тяготила мысль о путешествии с больным зубом, и когда он обратился в клинику, зуб был в таком состоянии, что его оставалось только вырвать. Когда ему кто-то жаловался на свои больные зубы, он всегда советовал не медлить с обращением в клинику, иначе в дальнейшем это может влететь в копеечку, а сам довёл свой зуб до такого плачевного состояния.
Измученный этими мыслями, У. на рассвете открыл глаза, растолкал спавшую рядом жену и попросил: «Пойдём сегодня вместе вырывать мне зуб». Жена в ответ проворчала: «Ты что, маленький ребёнок?» – и, отвернувшись, снова уснула. По правде говоря, он тоже ни разу не сопровождал её, когда она посещала стоматолога.
– Вы приняли назначенный антибиотик?
– Да.
– Не бойтесь. С анестезией больно не будет. Клиент перед вами отменил запись. Можно прямо сейчас приступить к удалению. Проходите.
Про себя он посетовал на то, что вынужден идти на операцию, даже не имея времени морально к ней подготовиться. Следуя за медсестрой, У. вошёл в процедурный кабинет и расположился в стоматологическом кресле. Когда он выходил из дома, жена, видимо, чувствуя свою вину перед ним за своё ворчание, посоветовала ему думать о чём-нибудь постороннем, пока ему будут удалять зуб.
– О чём, например?
– О путешествии. О том, как ты радовался, когда у тебя что-то удачно складывалось. О том дне, когда родился наш Чун. Или о том, как мы с тобой первый раз встретились.
У. посмотрел на жену. «Чтобы я подумал о тебе во время операции, нужно быть такой же красивой, как и в день нашей встречи», – проскользнуло у него в мыслях.
К У. подошел врач в очках и в медицинской маске, прикрывающей рот. Всякий раз, когда мужчина приходил в стоматологическую клинику, маска на докторе действовала ему на нервы. Она напоминала ему о том, что он пациент, у которого есть загнивающий, кишащий бактериями зуб.
– Не беспокойтесь. Это быстро.
Сделав обезболивающий укол в десну возле коренного зуба, врач подождал минут десять: вероятно, это время, за которое должна подействовать анестезия. У., лёжа в кресле, пытался думать о чём-нибудь другом, но ему, как назло, ничего не шло в голову. Мужчина лежал без единой мысли, пока через десять минут к нему не подошёл врач и не заглянул в полость рта. У. крепко зажмурил глаза. «Надо о чём-нибудь подумать. Так. Скорее думай о чём угодно». Но вместо отвлечённых мыслей он лишь живее ощущал движения врача, державшего в руках свои инструменты. Спина напряглась. Сверло? Молоток? «Вжжж!» – в сопровождении этого звука полость рта У. стала зоной строительных работ. Самый ненавистный на свете звук! От этого звука можно хоть немного отстраниться, только если подумать о чём-то другом, но эти самовнушения, напротив, заставили У. в ещё большей степени сосредоточиться на манипуляциях стоматолога.
У. прежде сообщали, что корень зуба полностью сгнил и, возможно, поэтому зуб не хотел так легко сдаваться. Врач всё точил, стучал, тянул, и не было этому конца. Когда лоб пациента совсем перекосило, из приёмной послышались пересуды бабушек.
Бабушка 1: Я слышала, что Иисус умер.
Бабушка 2: Да что ты говоришь?
Бабушка 1: Говорят, он напоролся на гвозди.
У. прислушался. Иисус? Тот самый Иисус Христос, умерший в тридцать третьем году нашей эры? Они что, только сейчас об этом узнали?
Бабушка 3: Я знала, что так случится. Он же ходил босиком по улице с не расчёсанными патлами, поэтому неудивительно, что он поранился о гвозди.
А? Что? У., сам того не замечая, окончательно позабыл, что он сейчас находится в кресле стоматолога и ему удаляют зуб под аккомпанемент бормашины.
Бабушка 4: А кто такой Иисус?
На мгновение голоса смолкли.
Бабушка 5: Точно не знаю… Но я предполагаю, что это отец моей невестки: она постоянно упоминает его со словами: «Отче наш, отче наш».
У., не в силах больше сдерживаться, внезапно вскочил с кресла и разразился хохотом, схватившись за живот. Резким движением руки, поднимаясь с места, он нечаянно сорвал маску с доктора. На открывшемся лице стоматолога сияла улыбка до ушей.
