Знаменитый англичанин А. А. Милн (1882–1956), создатель Винни-Пуха, известный «всем, всем, всем» детям, предстает на этот раз как автор замечательных рассказов, которые наверняка заинтересуют взрослых читателей. Мастерски построенные сюжеты, необычные персонажи, весьма неожиданные повороты событий, непредсказуемые финалы и, разумеется, присущая этому автору ирония, — таковы характерные особенности собранных в этой книге историй.
Пятница, вторая половина дня, самое напряженное время в конторе. Джон Блант, откинувшись на спинку удобного кресла, играл ключами от сейфа, привыкая к своему новому положению. Он, Джон Блант, младший партнер известной на весь Лондон юридической фирмы «Макнотон, Макнотон, Макнотон и Макнотон».
Он закрыл глаза, и мысли его устремились к тому дню, когда он впервые вошел в двери фирмы, один из двухсот семидесяти восьми кандидатов на место курьера. Их разделили на группы, и с той, в которую входил он, проводил собеседование мистер Сандерсон, старший партнер.
— Мне нравится твое лицо, мальчик, — искренне признался он Джону.
— И мне ваше нравится, — ответил тот, дабы не уступить в вежливости пожилому джентльмену.
— Я бы хотел знать, как ты напишешь слово «закладная».
— С одним «ка»? — осторожно предположил Джон.
Мистера Сандерсона порадовала эрудиция мальчика, и его тут же взяли на работу.
Три года Джон честно выполнял возложенные на него обязанности. За этот период его находчивость неоднократно спасала репутацию фирмы, особенно в одном случае, когда он обратил внимание мистера Сандерсона на его подпись биржевым маклерам: «Твой любящий муж Макнотон, Макнотон, Макнотон и Макнотон». Мистер Сандерсон, всегда немного рассеянный, исправил ошибку и пообещал мальчику, что пошлет его учиться. Пять лет спустя Джон Блант стал солиситором.
И вот он — младший партнер фирмы, той самой фирмы, о которой в Сити говорили: «Если за тобой стоит „Макнотон, Макнотон, Макнотон и Макнотон“, все будет в полном порядке». Сити славился такими милыми остротами…
В дверь приемной постучали. Вошел респектабельный джентльмен.
— Могу я видеть мистера Макнотона? — вежливо осведомился он у курьера.
— У нас нет мистера Макнотона, — ответил мальчик. — Все они умерли много лет тому назад.
— Понятно, тогда кого-нибудь из старших партнеров?
— Мистер Сандерсон не может вас принять, потому что у него перерыв на ланч, — последовал ответ. — Мистер Торп еще не вернулся с ланча, мистер Петерс только что ушел на ланч, мистера Уильямса ждут с минуты на минуту, мистер Горлей отбыл на ланч час тому назад, мистер Бимиш…
— Довольно, довольно! Хоть кто-нибудь остался?
— Мистер Блант, — кивнул курьер. — Если вы подождете, я узнаю, не спит ли он.
Полчаса спустя мистера Мастерса пригласили в кабинет Джона Бланта.
— Простите, не смог принять вас раньше, — виновато улыбнулся Джон. — Очень важный клиент. Так чем я могу вам помочь, мистер… э… Мастерс?
— Я хочу составить завещание.
— Я к вашим услугам. — Джон был само радушие.
— У меня только один ребенок, и я все хочу оставить ему.
— Ага! — Джон нахмурился. — Это сложная и долгая процедура.
— Но вы возьметесь за это дело? — озабоченно спросил мистер Мастерс. — В парикмахерской мне сказали, что фирме «Макнотон, Макнотон, Макнотон и Макнотон» все по плечу.
— Мы возьмемся, — решительно ответил Джон, — но составление завещания потребует от нас полной отдачи и напряжения всех сил. Думаю, будет лучше, если я поеду к вам на уик-энд. Тогда мы сможем досконально и без суеты во всем разобраться.
— Благодарю вас! — Мистер Мастерс крепко пожал руку Джона. — Я как раз хотел предложить вам то же самое. Мой автомобиль у подъезда. Давайте отправимся прямо сейчас.
— Я спущусь ровно через минуту. — Джон задержался, только чтобы достать из сейфа пачку банкнот на случай непредвиденных расходов, предупредил курьера, что вернется в понедельник, подхватил саквояж с пижамой и туалетными принадлежностями, всегда стоящий наготове, и поспешил за клиентом.
— Моя дочь, — доверительно сообщил мистер Мастерс, когда автомобиль тронулся с места, — завтра станет совершеннолетней.
— О, так у вас дочь? — изумился Джон. — Она красивая?
— Ее считают первой красавицей графства.
— Неужели? — Джон на мгновение задумался, потом добавил: — Мы можем остановиться у почтового отделения? Я должен послать важную деловую телеграмму. — Он вытащил из кармана телеграфный бланк и написал:
«Лондон. Макмакмакмак. Не вернусь до среды. Блант».
Машина затормозила у почтового отделения, затем поехала дальше.
— Эми никогда не доставляла мне никаких хлопот, — продолжил мистер Мастере, — но я старею и отдал бы тысячу фунтов, чтобы увидеть, как она счастливо выйдет замуж.
— Кому вы хотите отдать эти деньги? — спросил Джон, машинально достав записную книжку.
— Ну, что вы, что вы, я пошутил. Но в день свадьбы она получит от меня сто тысяч фунтов.
— Правда? — задумчиво спросил Джон. — Мы можем остановиться у следующего почтового отделения? — Он вновь достал ручку и на втором телеграфном бланке написал:
«Лондон. Макмакмакмак. Не вернусь до пятницы. Блант».
Автомобиль рванулся вперед и через час прибыл к большому особняку, окруженному несколькими ухоженными акрами поместья. У парадной двери их встретила грациозная дочь мистера Мастерса.
— Мой солиситор, дорогая, мистер Блант, — представил его мистер Мастере.
— Как мило с вашей стороны приехать к нам, чтобы заняться делами моего отца, — застенчиво улыбнулась девушка.