Полковник пребывал в офисе наедине со своими мыслями. Его дверь была открыта — она была открыта всегда. Снующие туда-сюда клерки и клиенты Treadwell & С° нередко ловили на себе взгляд широкого, доброго лица великого лидера — взгляд его проницательных, маленьких, мигающих глазок. Казалось, он им улыбался.
Все мечтали угадать, какое новое «дело» замышляет полковник. Все надеялись узнать название акций — хотя бы их название, — чтобы иметь возможность «войти в лифт на первом этаже».
Знаменитый трейдер сидел у рабочего стола. Отвернувшись от накопившейся корреспонденции, он медленно и методично крутился в своем шикарном вращающемся кресле. Кончики его туфлей — он был маленького роста — не доставали до пола на дюйм или два. Так что полковник весело болтал ногами.
Время от времени жужжал биржевой информатор. Тридуэлл переставал вертеться и живо интересовался лентой. Из своего окна он мог видеть улицу, полную людей или небольшую частичку летнего неба над Нью-Йорком. Но его уставшие глаза шарили вокруг в поисках чего-то другого.
Клерки и клиенты были заинтригованы: пойдет ли рынок по запланированному полковником пути? Информатор беспристрастно отстукивал данные, а полковник выглядел задумчивым. Что же задумывал этот господин? «Медведям» стоило быть настороже!
На самом деле Тридуэлл думал о том, что его брат Уилсон, недавно вышедший из его кабинета, начал лысеть. Он размышлял и о том, являются ли все эти «восстановители» и «кормители энергией» теми, за кого себя выдают? Или они такие же спекулянты, как и игроки на Уолл-стрит?
У дверей офиса полковника остановился молодой человек. Тридуэлл видел его впервые. Тот смотрел на лидера фондовой биржи с сомнением.
— Входите, входите, — окликнул его полковник. — Вы войдете или нет?
— Доброе утро, полковник Тридуэлл, — неуверенно произнес юноша.
— Кто вы такой? И чем я могу вам помочь? — поинтересовался магнат, протягивая свою руку.
Его собеседник не обратил на эту пухлую руку никакого внимания.
— Меня зовут, — с ноткой официоза представился он, — Кэри. Мой отец знал вас в бытность редактором Blankburg Herald.
— Отлично, — ободряюще проговорил полковник, — но руку все же можете мне пожать.
Кэри ответил на рукопожатие, его неуверенность исчезла. Тридуэлл подумал, что у него симпатичное лицо и приятный голос. А Кэри подумал, что Тридуэлл — приветливый и веселый пожилой человек. Совсем не такой, каким он представлял себе лидера фондовой биржи.
— Я хорошо помню вашего отца, — продолжил полковник. — Я не забываю старых знакомых и всегда рад видеть их сыновей. Когда я баллотировался в Конгресс, Билл Кэри горячо поддержал меня в своих статьях. Однако тогда я пролетел — большинство пошло не за мной. Я не видел твоего отца более двадцати лет — со времен, когда он сбился с пути и пошел в политику.
— Ну, полковник Тридуэлл, — засмеялся Кэри, — думаю, отец сделал для вас не так уж мало — все, что мог. А если верить тому, что пишут в газетах, то с вашими деньгами место в Конгрессе вам было не очень-то и нужно.
Могло показаться, что они давно знали друг друга.
— Вот что я скажу; я выполнял свой долг, — с усмешкой сказал Тридуэлл.
— Полковник, — решился наконец молодой человек, — я пришел просить у вас совета.
— Большинству не приходится спрашивать дважды. Так что будь осторожен.
— Следуя им, они становятся настолько богаты, что не нуждаются в повторном визите к вам?
— Вы — политик, молодой человек. Однажды вы проснетесь членом Конгресса. Конечно, если только ваш отец не вернется к работе в газете и не напишет пару колонок в вашу поддержку.
«У парня приятная улыбка», — подумалось полковнику.
— Я собрал немного денег, полковник.
— Сохраните их. Это лучший совет, который я могу дать. И немедленно уходите — во имя всего святого, молодой человек. Вы находитесь на Уолл-стрит.
— Думаю, в этом офисе я в безопасности, — ответил Кэри.
Знаменитый лидер фондовой биржи серьезно посмотрел на него. Мальчишка был невозмутим. Полковник рассмеялся, и Кэри рассмеялся ему в ответ.
— Чем ты занимаешься? — спросил Тридуэлл.
— Работаю клерком в офисе Federal Pump Company. Наверху, на третьем этаже. Я собрал немного денег и хотел бы знать, что мне с ними делать. На днях я прочел статью в The Sun. В ней вы советовали вкладывать деньги в Suburban Trolley и утверждали, что это принесет прибыль.
— Это было год назад. С тех пор Trolley поднялись на 50 пунктов.
— Это лишь доказывает, что совет был хорош. Также вы заявили, что молодым людям следует вкладывать сбережения, не позволять им лежать без дела.
Юноша прямо смотрел в маленькие, мигающие, добрые глазки лидера фондового рынка.
— Сколько у вас денег?
— Двести десять долларов, — ответил его собеседник, неуверенно улыбаясь. Здесь он почувствовал гордость за размер своих сбережений — в своем офисе он стеснялся этой суммы.
— Дорогой мой, — сказал спекулянт-миллионер очень серьезно, — это хорошие деньги. Стыдно признаться, но это больше, чем было у меня, когда я открывал свое дело. Они у вас с собой?
— Да, сэр.
