1. Персидские войска, которые оставлены были Дарием в Европе и состояли под начальством Мегабаза, покорили из жителей Геллеспонта прежде всего перинфян, так как они не желали подчиняться Дарию, тех самых перинфян, с которыми раньше жестоко поступили пеоны. Дело в том, что жившим на Стримоне пеонам божество повелело идти войной на перинфян и нападать на них, если из противолежащего лагеря станут громко звать их по именам; и не нападать, если те не будут взывать к ним. Так и поступили пеоны. Когда перинфяне расположились против них лагерем в предместье города, произошел по условию тройной поединок: сразились человек с человеком, конь с конем и собака с собакой. После победы в двух поединках перинфяне от радости стали петь пеан, а пеоны приняли это за исполнение изречения божества и приблизительно так сказали друг другу: «Вот, должно быть, свершается изречение оракула. Теперь дело за нами!» Они ударили по поющим пеан перинфянам и одержали полную победу, так что только немногие из неприятелей остались в живых.
2. Вот что перинфяне претерпели раньше от пеонов. Теперь в войне против персов с Мегабазом во главе они показали себя храбрыми борцами за свободу, но были побеждены благодаря численному превосходству персов. Так покорен был Перинф, и Мегабаз повел свои войска через Фракию; на этом пути он покорял под власть персидского царя все города и живущие там народы, согласно приказанию Дария завоевать Фракию.
3. Фракийский народ после индийского самый многолюдный. Если бы этот народ находился под управлением одного лица, или если бы между фракийцами существовало единодушие, то, по моему мнению, он был бы неодолим и могущественнее всех народов. На самом деле им трудно, даже невозможно прийти к соглашению, и в этом‑то коренилась их слабость. Фракийский народ носит множество отдельных имен по местностям; но, за исключением гетов, травсов и живущих выше крестонеев фракийцев, все остальные имеют совершенно одинаковые нравы и обычаи.
4. О нравах гетов, почитающих себя бессмертными, было сказано мною выше. Травсы во всем сходны с прочими фракийцами, только относительно новорожденных и умирающих они поступают так: родственники усаживаются кругом новорожденного и печалятся о том, что столько страданий предстоит ему вытерпеть вследствие рождения на свет, причем перечисляются все человеческие бедствия. Напротив, покойника они предают земле с шутками и весельем, указывая на то, от скольких бед он избавился и в каком блаженстве пребывает теперь.
5. Фракийцы, живущие выше крестонеев, имеют по нескольку жен. Если кто из этих фракийцев умирает, среди его жен поднимается ожесточенная распря, равно как среди друзей этих женщин начинается сильный спор о том, которую из жен покойник любил больше; ту, в пользу которой решится спор и которой оказано будет предпочтение, превозносят в похвалах мужчины и женщины, а ближайший родственник умерщвляет ее над могилой; затем хоронят ее вместе с мужем. Прочие жены повергаются в сильную скорбь, потому что для них это – величайший позор.
6. У прочих фракийцев существует обычай продавать своих детей на чужбину. За девицами они не наблюдают, дозволяя им вступать в связь с мужчинами по собственному выбору; напротив, замужние женщины у них строго охраняются; жены покупаются у родителей за большие деньги. Татуировки на коже означают благородное происхождение; не имеющий их неблагороден. Жить в праздности почитается у фракийцев высшей доблестью, а обработка земли – самое постыдное занятие; прекраснейший образ жизни – военный и разбойничий. Таковы наиболее замечательные обычаи их.
