43. С наступлением весны персидский царь отпустил по домам всех прежних военачальников; только сын Гобрия Мардоний, человек молодой и лишь недавно женившийся на дочери царя Дария Артозостре, выступил к морю с огромным сухопутным войском и с большим флотом. Придя с этим войском в Киликию, он сам сел на корабль и продолжал путь вместе с флотом, между тем как прочие вожди вели сухопутное войско к Геллеспонту. На пути вдоль Азии Мардоний пришел в Ионию, где случилось нечто поразительное для тех из эллинов, которые не верят, будто Отан высказался в среде семи персов о необходимости народного управления государством: Мардоний лишил власти всех ионийских тиранов и восстановил по городам демократию. После этого он поспешно направился к Геллеспонту. Когда снаряжены были в большом числе корабли и собралось огромное сухопутное войско, персы переправились на кораблях через Геллеспонт и двинулись дальше по Европе, на Эретрию и Афины.
44. Города эти были только предлогом к походу. На самом деле персы замышляли покорить возможно большее число эллинских городов. Прежде всего с помощью флота они взяли Фасос без всякого сопротивления со стороны жителей, а сухопутное войско покорило македонян в добавление к тем народам, которые находились уже под властью царя; действительно, все народы по эту сторону Македонии были ранее покорены персами. От Фасоса персидское войско переправилось к материку и продолжало путь вдоль берега до Аканфа, а выйдя оттуда, начали огибать Афон. В это самое время ударил на них с непреодолимой силой северо – восточный ветер, от которого жестоко пострадал флот, потому что многие корабли были отброшены к Афону; рассказывают, что при этом погибло триста кораблей и больше двадцати тысяч человек. Так как море вокруг Афона изобилует хищными рыбами, то многие были съедены, другие разбились о скалы, третьи утонули, потому что не умели плавать, четвертые умерли от холода. Такова была участь флота.
45. Между тем на Мардония и его войско, расположившееся лагерем в Македонии, ночью напали фракийцы из племени бригов. Многих персов бриги перебили, и сам Мардоний был ранен. Однако и бриги не избежали подчинения персам, потому что Мардоний не раньше покинул эти местности, как после покорения жителей их. Засим он отступил назад, так как сухопутное войско его сильно пострадало от бригов, а флот подле Афона. Итак, персидские полчища возвратились в Азию с позором.
46. В следующем году после этого Дарий послал, прежде всего, вестника к фасосцам с приказанием срыть свои стены и доставить флот в Абдеры: соседи взвели на фасосцев клевету, будто они замышляют восстание. Действительно, со времени осады милетянином Гистиеем, благодаря значительным общественным доходам, фасосцы употребляли деньги на постройку длинных кораблей* и на возведение сильной стены вокруг города; доходы шли им с материка и с золотых приисков. Так, из приисков в Скаптегиле они получали всего восемьдесят талантов, фасосские россыпи приносили меньше, но все‑таки так много, что жители Фасоса, свободные к тому же от подати с полевых плодов, получали с материка и со своих россыпей в общей сумме каждый год двести талантов, а наибольший годичный доход простирался до трехсот талантов.
47. Я сам видел эти прииски. Наиболее замечательны из них те, что открыты были финикиянами, которые с Фасосом во главе заселили этот остров, названный так по имени Фасоса, сына Фойника. Финикийские прииски на Фасосе находятся между двумя местностями, носящими имена Эниры и Кениры, напротив Самофракии; это – большая гора, изрытая в поисках руды. Таковы эти прииски.
48. Согласно приказанию царя фасосцы срыли свои стены и все корабли переправили в Абдеры. После этого Дарий вздумал испытать настроение эллинов, намерены ли они вести с ним войну или готовы покориться сами. С этой целью он разослал по различным частям Эллады глашатаев с требованием земли и воды царю. В то же время других глашатаев он послал в приморские города, платившие дань, с приказанием сооружать длинные корабли и суда для переправы лошадей; города и занялись приготовлением этого.
49. Многие из обитателей эллинского материка дали явившимся к ним глашатаям то, чего от них требовал персидский царь, а островитяне поступили так все, к кому из них ни являлись глашатаи; в числе прочих островитян и эгинцы дали Дарию землю и воду. Лишь только эгинцы сделали это, как им стали угрожать афиняне, предполагая, что эгинцы действуют так из вражды к ним, чтобы напасть на них вместе с персидским царем. Они с радостью воспользовались этим предлогом для того, чтобы отправиться в Спарту и обвинить эгинцев в предательском образе действий относительно Эллады.
