В это время опять возобновилась гражданская война. Ведь Фулькон, потеряв часть Бретани, все еще старался устроить вылазки туда. Собрав войско, он свирепо двинулся в Бретань и подступил к Нанту. Одних его стражей он соблазнил золотом, других увлек посулами, и уговаривал их, пока успешно не добился того, чтобы они поступили по его желанию, то есть открыли ворота города. Под клятвой они назначили время и немного позже впустили его в город; он вступил в него, принял присягу у горожан и взял заложников. Не смог он завладеть только крепостью, так как ее защищали доблестные воины. Поэтому он отступил, решив вернуться к себе, чтобы вновь прийти, собрав побольше войска, и захватить крепость.
Конан[542] держал совет по военным делам со своими людьми у границы Бретани, в месте, называемом Броэрек, когда это достигло его слуха. Сильно встревоженный начавшимися событиями, он собрал войско и подготовился к войне. И поскольку обстоятельства были благоприятны для осады, он послал собранное войско к городу и приказал ему осадить город с суши. Со стороны Луары он отправил корабли пиратов. Началась осада, пираты — с реки и бретонцы — с суши сильно угрожали горожанам. А те, кто оставался в крепости, метали с горы разного рода снаряды, так что оказавшиеся посередине испытывали равный натиск извне и изнутри. Ведь и те, кто был в крепости, и те, кто вел осаду, держали сторону Конана, горожане же добывали победу для Фулькона. Фулькон тоже готовил поход и собирал войско, как из своих людей, так и из наемников. Услыхав же, что Конан осаждает город, он сразу отправил легион в Бретань.
Неподалеку было обширное поле, сильно заросшее папоротником. Именно на этом месте Конан решил дать сражение и коварным образом вырыл там ловушки. Он выкопал множество ям, покрыл их сверху ветками, прутьями и соломой, скрепил их изнутри лозой, чтобы поверхность казалась прочной. А чтобы совершенно скрыть обманчиво прочную поверхность, сверху забросал ловушки собранным папоротником и так спрятал их.
За ловушками он расставил своих воинов и использовал такую хитрость: сказал, что он тут останется и не пойдет далее искать врага. Если враги будут ему угрожать, он только тут будет отстаивать свою жизнь. И сделает так не из страха, но так как враги поступят противозаконно, если отыщут его здесь и нападут на него. И так он легче сможет добиться их поражения, ведь они, по своему легкомыслию, подступят спокойные и поэтому неопасные. Итак, он расставил там строй таким образом, чтобы иметь в поле зрения ловушки. Поэтому медлил в ожидании того, как захватит врагов врасплох. Фулькон, заметив, что Конан колеблется и не уходит с того места, и не зная о ловушках, решительно побуждал своих людей напасть как можно более решительно, не колеблясь, приблизиться к врагам и не сомневаться в победе, ведь мужи могут питать наилучшие надежды, если Бог от них не отвернется. Итак, дали сигнал и те бросились в наступление. Считая путь надежным, они приблизились к ямам.
Решив, что бретонцы колеблются из страха, они обнажив оружие, поскакали к ямам и попадали туда вместе с конями, застигнутые неведомой бедой; свалилось в ямы и было задавлено до двадцати тысяч человек. Когда первые ряды потерпели поражение, следующее за ними войско повернуло назад. Поэтому и Фулькон, думая только о спасении жизни, попытался спастись бегством.
Когда те обратились в бегство, Конан с тремя приближенными удалился в заросли, чтобы, отложив оружие, на свежем воздухе дать отдых утомленному телу. Но кто-то из противников заметил его, подбежал, напал на него, пронзил мечом и добыл победу для Фулькона. Фулькон, воспрянув духом, вернулся к Нанту и вступил в него, безжалостно тесня тех, кто был в крепости. Потрясенные гибелью сеньора, они сдались нападающим и по их требованию присягнули на верность.
Пока это происходило, король Роберт развелся с женой Сусанной[543], итальянкой по рождению, так как он был в возрасте 19 лет и цвел молодостью, она же была старухой[544]. Будучи отвергнутой, она пожелала вернуть то, что он принял в качестве приданого, но король ее не удоволетворил, и тогда она обратилась к другим средствам. В те дни она, требуя свое достояние, замышляла нападения на короля. Так, желая вернуть в свою власть замок Монтрей, который он получил в приданое, и оказавшись не в силах добиться этого, она разрушила другой замок, бывший рядом с ним, под названием ...[545], который король занял в разгар бесчинств Одона и Фулькона. Считалось, что его укрепления могут противостоять нападению любого количества кораблей, так как при приближении они сразу наталкивались на него, поэтому он препятствовал их дальнейшему продвижению.
