Все знают, кем были первые люди. Адам и Ева. Их история рассказана в Книге Бытия. Но не осталось ли в Святом писании пробелов, заполнив которые, человек может приблизиться к разгадке тайн мироздания? Автор этой книги Вячеслав Садомский, встав на путь поиска глубинной сути бытия, решил подробно разобраться в теме и, обратившись за помощью к теологии и философии, пришёл к своему пониманию произошедшего в Эдеме, восприятия Бога и сути греха. Именно об этом он говорит на страницах своей философско-религиозной повести. Он мысленно переносится в дни, последовавшие за сотворением мира, и пытается представить, как тогда развивались события и что в действительности произошло с первыми людьми. Итак, добро пожаловать во времена Адама и Евы. Это литературное путешествие станет для читателя особенным. Если он находится в поиске духовного смысла жизни, то, вполне вероятно, найдет новую философию, которую уже открыл для себя автор.
Адам ощутил легкое дуновение ветерка, пробежавшего по щеке. Волоски бороды встрепенулись в такт этому таинственному утреннему гостю. Адам до сих пор не мог разгадать причину появления этого ветра, но каждое утро на рассвете, когда первые лучи солнца касались верхушек деревьев, он появлялся из ниоткуда.
Адам открыл глаза. Ветерок стал подниматься все выше и выше, выдавая себя шелестом листьев, пока не исчез в бездонном голубом небе, слегка качнув макушки деревьев. Повернув голову, он посмотрел на Еву. Она сладко спала на его плече. Странно, но этот ветерок всегда пробуждает только его. Возможно, для того, чтобы он мог сам разбудить Еву, ласково поцеловав ее в щечку.
Ева сквозь сон почувствовала теплые, слегка влажные губы Адама. Ей было приятно и слегка щекотно. Она сладко потянулась и открыла глаза. Взглянув на Адама, она подумала: «Он неотразим. Само совершенство во плоти».
Вообще весь Эдемский сад с его яркими красками и необычными формами вызывал в Еве восхищение. Все животные, птицы и рыбы — все было прекрасно. Но он… он неотразим! Еве нравилось в нем все, от тембра голоса до походки. В нем чувствовались некая доминирующая власть и нежность одновременно. Его стройную фигуру украшали барельефы мышц, а черты лица были правильными и аккуратными. «Творец славно потрудился над ним, — подумала Ева. — Его слушаются все животные Эдема, а вредители из „диких земель“ боятся. Недавно один из них нарушил границу сада, но, увидев Адама, убежал, поджав хвост. Он был похож на нашего тигра. Странно, почему вредители убивают друг друга? Что с ними произошло? Ведь наши тигры никого не убивают и питаются исключительно плодами, растущими в зарослях вдоль реки. Впрочем, неважно — так было до моего сотворения, наверное, так и будет всегда».
— Ты мой сладкий, — прошептала она. — Самый сладкий, самый-самый, — и, прильнув к его губам, окунулась в глубокое, ни с чем не сравнимое чувство. Как будто вся Вселенная сжалась до размера двух людей, ставших одним целым, одним неделимым целым. Время будто остановилось, и они растворились друг в друге, позабыв обо всем на свете.
«А ведь так оно и есть: мы одно целое, — размышляла Ева. — Я помню день своего сотворения: Адам лежал под деревом и крепко спал. Тогда я впервые услышала голос Творца. Он рассказал, как сотворил меня из ребра Адама, немного изменив ДНК, рассказал об этом саде, о животных и растениях. С тех пор Его голос я не слышала. Только Адам иногда ходит в рощу посреди Эдема, чтобы поговорить с Ним. Садится под Древом вечной жизни и разговаривает как будто сам с собой. Например, вчера он обсуждал клеточную структуру нового дерева и пары видов животных. Он предлагал внести некоторые изменения во внешний вид пещерных мышей, так как считает, что им необходимы крылья и ультразвуковая ориентация в темноте. Ох, не люблю я в это погружаться! Мне больше по душе общаться с животными и гулять по саду. Узнавать последние новости. Например, сколько родилось медвежат в берлоге за холмом, из каких хаток бобры создали новые пары. Смотреть, как птицы вьют гнезда и бегают друг за другом белки. Так, что-то я совсем увлеклась…»
— Котик мой сладкий, что будешь кушать: дыньку или персик? — спросила Ева.
— И то, и другое, моя красота, — улыбнувшись, ответил Адам. — Так, что там у меня по плану на сегодня? — нахмурив брови, произнес он. — Первое — это внести изменения в ДНК группы мышей. И второе — поменять структуру коры одного из видов деревьев. А то, представляешь, медведи жалуются, просят передние лапы подлиннее сделать: спину, видите ли, им чесать неудобно! Но это исключено, — увлекшись, рассуждал Адам. — Слишком сложное изменение, влекущее за собой дисбаланс в природе. А вот сделать кору одного из видов деревьев пожестче и поребристее можно.
Тем временем Ева протянула ему ломтики дыни и очищенные персики.
— Кушай, мой ненаглядный, еще положить? — ласково спросила она.
— Спасибо, моя девочка, ты меня так совсем закормишь, — Адам довольно улыбнулся.
— Для меня главное — чтобы мой мужчина всегда был сыт и доволен, — игриво ответила она. — Ты уже составил план сегодняшних мероприятий, что там у меня?
Адам задумался на секунду.
— Как обычно, пройди по периметру сада. Обязательно поинтересуйся у змеев, как идет охрана границ. Поговаривают, что недавно было нашествие грызунов-вредителей, но думаю, что змеи со своими задачами справляются. Они так стремительны, особенно, пикируя… Точно! — в глазах Адама загорелся азарт. — Нужны такие же крылья для мышей — кожаные с перепонками. Как же мне все это нравится! Исследования, стремление к развитию, трансформация!
Адам мечтательно взглянул в бездонное небо и погрузился в воспоминания.
