Наша работа имеет целью заполнить слишком долгий пробел в истории Западной Европы периода раннего Средневековья. История алан на западе в эпоху великого переселения народов и раннего Средневековья, как и история других народов в те беспокойные времена, помогает нам лучше понять период завершения античности и становления Средневековья. В отличие от различных германских племен, значительно преобладавших в общем потоке миграции, аланы представляли собой индо-кранские племена кочевников, аланы были единственным негерманским народом, основавшим в этот период значительные поселения в Западной Европе (гунны были вытеснены из Европы; аварцы, мадьяры, булгары и славяне селились только в Восточной Европе). Аланы давно заслуживают серьезного изучения, как уникальное явление в Западной Европе.
В 1922 г. русский ученый М.И. Ростовцев писал: «В большинстве исследований, посвященных эпохе переселения народов, почти игнорируется роль, которую сыграли сарматы и, в особенности, аланы в завоевании Европы, Но мы не должны никогда забывать о том, что аланы длительное время проживали в Галлии…, что они вторглись в Италию, а вместе с вандалами вошли в Испанию и покорили Африку…»
В 1963 г. Георгий Вернадский, продолжая мысль Ростовцева, отмечал, что за прошедшие после этого четыре десятилетия не появилось ни одного значительного исследования об аланах на западе. Наша работа имеет целью заполнить слишком долгий пробел в истории Западной Европы периода раннего Средневековья. История алан на западе в эпоху великого переселения народов и раннего Средневековья, как и история других народов в те беспокойные времена, помогает нам лучше понять период завершения античности и становления Сред невековья. В отличие от различных германских племен, значительно преобладавших в общем потоке миграции, аланы представляли собой индо-кранские племена кочевников, Аланы были единственным негерманским народом, основавшим в этот период значительные населения в Западной Европе. Гунны были вытеснены из Европы; аварцы, мадьяры, булгары и славяне селились только в Восточной Европе. Аланы давно заслуживают серьезного изучения, как уникальное явление в Западной Европе.
История этого кочевого народа на Западе начинается не момента их первого появления в Римской империи, а с того, когда они впервые стали известны на Западе и начали упоминаться в письменных источниках. Поэтому для лучшего понимания аланского движения на Запад первая глава настоящей монографии посвящается, главным образом, тому, что на Западе было известно об аланах до великого переселения народов. Затем делается попытка выяснить природу культуры алан в доэмиграционный период. Последняя задача гораздо более трудная, чем первая, поскольку мы не всегда можем полагаться на сведения, имеющиеся в письменных источниках. Вдобавок, часто археологический материал бывает сомнительным и мы не можем, например, установить точно, является захоронение или находка аланским, сарматским и роксоланским.
Как мы уже отмечали выше, аланы не оставили нам никаких письменных источников за рассматриваемый период; как большинство кочевников древности и средневековья, они имели грамоты.
Только после ассимиляции алан в конце раннеримского средневекового мира некоторые из них овладели грамотой то только латинской. Большая часть сохранившихся об аланах сведений сообщается авторами, жившими в эпоху аланского движения на Запад, или во время, близкое к этому, хотя их интересы чаще сосредотачивались не на аланах, а других темах. Поэтому информация об аланах существует отдельных не очень надежных источниках. И только путем критического исследования этих письменных свидетельств мы сможем понять и узнать народ, чья история и культа остаются в значительной мере скрытыми от современн ученых.
В результате исторического исследования, подобного нашему, неизбежно возникает вопрос, кого именно мы изучаем. Рассматривая эту проблему, я применил так называемый доизмененный номиналистический подход. Если в источниках используется латинский термин Alani (гр. Алаvoi), то такую информацию я считал подходящей для моего исследования. Наоборот, если в источниках упоминаются другие группы варваров, такие, как роксоланы или аорсы, а об аланах нет конкретного упоминания, то я считал такие сведения имеющими отношения к моему исследованию. Этот метод не может нас устраивать в двух случаях. Если, во-первых, автор, употребляя Аlani, имеет в виду какой-либо другой народ со схожим названием, как, например, кельтских Аlauni. Во-вторых, если в источнике упоминаются роксоланы или какая-ни будь другая индо-иранская народность, по ошибке называемая Аlani из-за схожих обычаев или особенностей языка. Таким образом, когда номиналистский метод вел к сомнительному результату, я его не применял, обращаясь к более гибкому методу. Проблемы, возникавшие в связи с применением этого метода, в значительной степени рассматриваются в первой главе, повествующей о периоде в истории алан, когда они находились за пределами империи, и информация о них была фрагментарной, а иногда и совсем ненадежной. После аланского переселения и в период раннего средневековья аланы, ушедшие на запад, и их потомки были известны, главным образом, через тех, кто так или иначе рассказывал о них. С этого момента и далее терминологическая путаница сведена к минимуму.
Самое раннее упоминание имени алан на западе появляется у Сенеки в пьесе «Тhyestes», которая, вероятно, была написана в четвертом десятилетии 1 века н. э. или, возможно, немного раньше. Один из персонажей, вестник, вопрошает: «Какая это область? Аргос?
