Но главное он мог начать претворять в жизнь только с момента, когда начал действовать в мире существ за пределами территории мертвой реки. Опять же судьбу развития культа он ставил уже на сильнейших магистров среди людей. И они, как и личи прекрасно с этим справлялись. В том числе с тем, что постепенно, все больше проникали в Орден и начали разлагать его изнутри. Кроме того, Магистр наладил контакт между людьми и личами, чтобы они действовали сообща, в том числе уже в создании подобия его измененных доспехов и непосредственно самих доспехов паладинов. Часть секретов их создания, как и оружия, было украдено из Ордена. Так же как материалов. Но так как делалось все крайне осторожно, чтобы не вызвать даже капли подозрения, то не так уж и много было украдено в итоге. Но на основе этого и добытого Магистром ранее, когда он убивал паладинов и забирал их доспехи и оружие, было создано темное подобие доспехов. Значительно слабее тех, что носил сам Магистр по итогу, но там и низших личей и мертвой магии было приложено уйма. Другое дело, что если в прямом смысле произвести слияние доспехов с их носителем, то сила возникшего в итоге существа будет довольно-таки велика. А именно так и происходило. Как с людьми, так и с личами. И главное, это позволяло им обитать не только на берегу, но и в самой реке. Так вскоре, когда их деятельность уже могла привлечь к себе внимание, они ушли в основном в воду, а на суше по итогу ничего и не осталось.
Незаметно для внешнего мира личи и некроманты построили недалеко от того места, где мертвая река впадала в огромный разлом ведущий напрямик в Долину плотину. Но снаружи ничего не поменялось. Личи и люди расширяли реку вглубь, и все прибывающие воды заполняли это освободившееся пространство. А там они создавали свое Мертвое Царство, задолго до того, как Мара создаст на его фоне лишь блеклую копию.
Создав свой Культ и среди существ, Магистр вернулся в свое Царство. Он до этого не зря так много экспериментировал с отправкой душ в Долину. И личей без воли создавал с еще одной дополнительной целью. И в итоге нашел способ, как подчинять себе безвольных личей, которые и своего господина лишились. Так ему осталось самое главное. Без чего у него вряд ли бы удалось потрясти сами основы прежнего мира, самым сильным образом с тех пор, как в него явились боги и вмешались в размеренный ход бытия, перекроив его под свои нужды.
— Интересные у тебя сказки, — вмешался бродяга, как оказалось он тоже слушал, — все так или иначе о смерти. И больше на летопись похоже.
Некоторое время назад они уже преодолели разлом, из которого шел пар мертвого льда. Как и говорила бабушка, особого труда это не составило, и много энергии не затратило. Ненадолго был создан, более или менее уже оклемавшимся магом, магический барьер. В силу того, что теперь это заклинание казалось ему пустяком, он чуть ли не впервые сделал его успешно. А то ведь могло статься, что вместо того, чтобы защитить, наоборот вобрал бы барьер весь пар. Но теперь уже не было того прежнего Славы, который во многом, своей неуверенностью, чинил себе же препятствия. Как внутренне не было, так частично и внешнего. И это было просто не привычно. А вот расстройства никакого, даже радость, отделался в общем-то легко. Могло быть куда хуже. Да и с братом все более или менее в порядке. Вон какой розовый благодаря новой коже. И в тоже время был момент, о котором стоило подумать. Это о той легкой серости что присутствовала в розовом цвете новой кожи богатыря. И у него тоже на плече. Не просто так запрещают применять мертвую воду только на мертвых, и только если после нее будет применена живая. А они и не умирали вовсе. Так что стоило теперь следить за состоянием брата и своим собственным, куда как сильнее.
— А мне очень интересно. Я и не думал, что твой вид создали против умертвий, — поделился своими впечатлениями Анчутка.
— Ну если интересно, то давайте приложим сегодня все усилия, чтобы мы могли таким же составом услышать продолжение, — сказал бродяга, и все правильно восприняли это, как сигнал готовиться.
Вскоре они увидели стоящего на полу пещеры ворона, и остановили движение. Дальше стоило двигаться уже пешком, привлекая к себе наименьшее внимание. Когда уже вернутся с разведки по поляне с артефактами, тогда и поедут дальше, заранее продумав, как лучше будет проложить путь.
Идти пришлось недолго, вскоре показался выход из пещеры. Бродяга остановил всех.
— Разделимся. Эль с Анчуткой, братья вместе, я с вороном. Но в тоже время стараемся не упускать сильно из виду друг друга, и не теряться. Так же если даже возникнет сомнение, что что-то идет не так, тут же собираемся вместе. Предельная осторожность, и следите друг за дружкой в оба глаза. Если найдете что-то интересное, не спешите, оцените его и обстановку вокруг. И маг, конкретно тебе, не думаю конечно, но на всякий случай. Не применяй ничего просто так из того, что тебе встретится. Даже если оно будет тебе казаться чрезвычайно знакомым.
