История Англии полностью

7. В начале 1766 г. вмешался Питт. После отставки он жил в Бате, совершенно обессилев из-за своей подагры. Хотя он уже не мог ни ходить без костылей, ни держать вилку за столом, ни разборчиво писать, он явился ко времени тронной речи рекомендовать «отмену налога». По его мнению, Англия не имела никакого права облагать колонии. «Нам говорят, что Америка — мятежница, — заявил он, — я же радуюсь тому, что Америка воспротивилась… В такой битве я больше боюсь победы, чем поражения. Если Америка падет, то как Самсон: схватившись за колонны храма и потянув за собой всю конституцию… Американцы не всегда действовали осмотрительно, но их подтолкнула к безрассудству несправедливость. Неужели же вы покараете их за то самое безрассудство, в котором вы сами повинны?» Акт был аннулирован, и Георгу III пришлось против своей воли предложить Питту возглавить правительство. Представ перед королем, этот калека снова стал самым могущественным человеком и кумиром королевства. Но одной ошибки, поступка, слова довольно, чтобы утратить благосклонность толпы. Питт, наполовину обезумев от физической боли, оставил палату общин и сделался графом Чатемом (Chatham). Когда стало известно, что он возглавил правительство, в Лондоне приготовили иллюминацию; когда узнали, что он перешел в палату лордов, иллюминацию отменили. Было абсурдно называть Питта предателем. Перейти из палаты общин в верхнюю палату отнюдь не было преступлением, но для Великого Общинника (Great Commoner) это было ошибкой. Быть может, граф Чатем и смог бы победить оппозицию и снова завоевать былую популярность, если бы не был так измучен, но болезнь привела его нервы в такое состояние, что он стал попросту невменяем. Напрасно король отправлял к нему нарочных; их встречал всего лишь безумец, потрясавший костылем. Упрямый король, обезглавленный кабинет министров и его парализованный глава — таким в течение нескольких месяцев было правительство Англии.

8. Лорд Норт, принявший в 1770 г. в качестве премьер-министра личное правительство Георга III, обладал цинизмом Уолпола, не обладая ни его мудростью, ни мощью. Хотя в деле, касавшемся колоний, король и уступил, отменив закон о гербовом сборе, зато, чтобы спасти свои принципы, настоял на нескольких незначительных налогах, которыми обложили такие второстепенные товары, как стекло и чай. Это значило плохо знать колонистов. Многие из них сохранили неукротимый дух инакомыслия, унаследованный от предков; и «принцип» короля оказался как раз тем, чего они никак не могли принять. Наконец с перевесом всего в один голос кабинет лорда Норта решил сохранить только один налог — на чай. И ради ничтожной суммы в 16 тыс. фунтов Англия потеряла изрядный кусок своей империи. Поскольку американцы отказались покупать обложенный налогом чай, Ост-Индской компании, у которой были огромные запасы этого товара, был отдан приказ отправить груз чая в Бостон. Дело еще можно было уладить, если бы продажу этого чая доверили обычным купцам, но компания захотела продавать товар непосредственно потребителям. Таким образом, она оскорбила коммерсантов и разозлила свободных людей. Предупрежденные своими лондонскими друзьями, американские протестанты, переодевшись в индейцев, захватили корабль и побросали ящики с чаем в море. Этот акт неповиновения повлек за собой ответные меры, а опасение, что репрессии распространятся и на остальных, побудило колонии объединиться ради общего сопротивления. Этот конфликт мог привести только к войне, и через восемнадцать месяцев после «бостонского чаепития» уже начались боевые действия. Колонии, как некогда шотландских пресвитериан, объединил торжественный Ковенант. Впрочем, они были далеко не единодушны. Из 700 тыс. человек пригодного для военной службы возраста в армию вступила только одна восьмая. Ни в одном сражении Вашингтон не имел под своим началом больше 20 тыс. человек. Аристократия Виргинии, народ и средние классы высказались за сопротивление, но богатые фермеры и самые серьезные люди либеральных профессий оставались верноподданными Англии.

Битва при Йорктауне 19 октября 1781 г.: американские колонисты в союзе с французской армией берут в окружение армию англичан. Гравюра. 1781