Пишет и Флегониос[107]: «Арташес Парфянин превзошел мощью всех царей; он не только победил лидийцев и взял в плен Креза, но и изменил природу стихий в Геллеспонте[108] и во Фракии: плыл по суше и ступал по морю, угрожая фессалийцам. Молва о нем поразила эллинский мир. Он сокрушил лакедемонян, обратил в бегство фокейцев; локрийцы сами сдались ему, беотийцы вступили в его подданство. Вся Эллада трепетала перед ним.
Но немного спустя он превзошел всех и в отношения бедствий. Не так тяжко было положение Кира в войне с мазкутами[109] и не перенес столь тяжелых испытаний Дарий[110] при бегстве от скифов, а Камбис[111] – от эфиопов; меньше было и то, что (претерпел) Ксеркс[112] при походе на Элладу, оставив там богатство и шатер « еле спасши свою жизнь в бегстве. Но Арташеса, прославившегося величайшими победами, умертвили его собственные воины».
Итак, я считаю эти рассказы достойными доверия. Что до того Креза, о котором повествуют как о современнике Кира или Нектанеба, то либо он – вымышленное лицо, либо одно (и то же) имя носило много царей, как это часто бывает.
14
О царствовании Тиграна Среднего и отпоре греческим войскам;
о строительстве храмов и о походе в Палестину
Вслед за Арташесом Первым царствует его сын Тигран[113], начиная с девятнадцатого года персидского царя Аршакана. Собрав армянскую рать, он выступает против греческих войск, которые после смерти его отца Арташеса, преследуя его рассеявшиеся войска, надвигались на нашу страну. Тигран встречает их, останавливает и вынуждает отступить. Поручив Мажак и Среди-земье заботам мужа своей сестры Михрдата[114] и оставив ему большие военные силы, он возвращается в нашу страну.
Первым делом он решил соорудить храмы. Однако жрецы, прибывшие из Греции, озабоченные тем, как бы их не увели в глубинные области Армения, стали ссылаться на гадания, якобы выражавшие желание богов остаться на том же месте. Согласившись с этим, Тигран установил статую Зевса Олимпийского в крепости Ани[115], Афины – в Тиле[116], другую статую Артемиды – в Ернзе[117], Гефеста же -в Багайариндже[118]. Но статую Афродиты как возлюбленной Геракла[119] он велел установить рядом со статуей самого Геракла в местах жертвоприношений[120]. Разгневавшись на род Вахуни за то, что те посмели поставить статую Геракла, присланную его отцом, в своих собственных владениях, он лишил их (род) должности жреца, а деревню, в которой были установлены статуи, конфисковал.
Итак, соорудив храмы и устроив перед ними алтари, он повелевает всем нахарарам приносить жертвы, сопровождая их коленопреклонением. Мужи же из рода Багратуни не соглашаются на это. Отрубив язык одному из них, по имени Асуд, за оскорбление статуй, других он не стал истязать, ибо те согласились вкушать от жертвоприношений царя и есть свинину, хотя сами и не стали коленопреклоненно приносить жертвы. Поэтому царь отстраняет их от командования войском, но не лишает сана венценалагателя-аспета. Сам он спускается в Месопотамию и, найдя там статую Баршамина из слоновой кости и хрусталя, оправленных серебром, велит отвезти и установить ее в аване Тордан[121].
Тотчас вслед за этим он направляется в Палестину, чтобы отомстить в Птолемаиде[122] Клеопатре[123] за преступления ее сына Диониса против своего отца. Он забирает много пленных иудеев и приступает к осаде города Птолемаиды. Но владычица Иудей Александра[124], она же Мессалина, бывшая жена Александра, сына Иоанна, сына Шмавона, брата Иуды Маккавея, которая в те времена управляла Иудейским царством, доставив ему множество даров, убедила его уйти оттуда. К тому же разнеслась молва, что какой-то разбойник по имени Вайкун[125], укрепившись на неприступной горе, тревожит Армянскую страну. Эта гора и поныне по имени разбойника называется Вайкуник[126].
15
Нашествие на нашу страну римского полководца Помпея,
взятие Мажака и смерть Михрдата
В это время с большим войском в Средиземье прибывает римский полководец Помпеи[127] и посылает своего военачальника Скавра[128] в Сирию сражаться с Тиграном. Скавр же, прибыв туда, не застает Тиграна, ибо тот уже вернулся в свою страну из-за смятения, вызванного разбойником. Он отправляется в Дамаск и застает город в руках Метелла и Лоллия[129]; изгнав их оттуда, он спешит в Иудею, против Аристобула[130], на помощь его старшему брату первосвященнику Гиркану, сыну Александра.
Помпеи же в войне с Михрдатом наталкивается на сильное сопротивление и вступает в упорнейшие схватки, претерпевает большие бедствия; все же Михрдату, побежденному численностью (противника), приходится бежать в Понтийскую страну. Помпеи же, избавившийся от него сверх всяких ожиданий, берет Мажак и, захватив в плен его сына Михрдата[131], оставляет в городе войско. Сам же не пускается в погоню за Михрдатом, а спешит через Сирию добраться до Иудеи. И убивает Михрдата ядовитым зельем при посредстве отца Понтийца Пилата[132]. Сказанное подтверждает также Иосиф[133] в главе, где повествует о бальзаме, говоря так: «Близ Иерихона[134] до Помпея дошла радостная весть о смерти Михрдата»[135].
16
