Оказывают об этом и старухи, будто заточен он в какой-то пещере, скованный железными цепями. И две собаки непрестанно грызут эти цепи, и он рвется выйти и положить миру конец. Но от звона кузнечных молотов, говорят, его оковы крепнут. Поэтому и в наши времена многие кузнецы, следуя легенде, по воскресным дням трижды или четырежды бьют по наковальне, дабы укрепились, как говорят, цепи Артавазда. Но в действительности было так, как мы сказали выше.
Иные же говорят, что при его рождении с ним приключилось нечто, а именно, считают, что он был заколдован женщинами из потомства Аждахака, почему и Арташес их нещадно преследовал. То же самое певцы в легенде излагают так: «Драконеродные[261] выкрали младенца Артавазда и заменили его демоном»[262]. Но мне представляется справедливой молва, что он как родился одержимым, так и скончался в одержимости. Царство же унаследовал его брат Тиран.
62
О Тиране
Тиран, сын Арташеса, вступил на престол Армении в третьем году правления персидского царя Пероза Первого. Ему не приписывают каких-либо великих деяний, но лишь то, что он верно служил римлянам; он пребывал в мире, предаваясь, как повествуют, охоте и развлечениям. У него было два коня, легче Пегаса[263] и неимоверно быстрых, которые, казалось, летели по воздуху, а не ступали по земле. Некий Датаке, князь из рода Бзнуни, выпросив разрешение поездить на них, хвалился, что он превзошел роскошью царя.
Приходят к нему (ответвившиеся) в давние времена члены его рода Аршакуни, которые проживали в краях Хаштеанка, и говорят: «Расширь наши наследственные уделы, ибо нам тесно, мы сильно размножились». Тогда он велит некоторым из них перебраться в области Алиовит и Арберани. А они осаждают царя с еще большими жалобами, мол, нам стало еще теснее. Но Тиран их не слушает и постановляет: не предоставлять им новых наследственных уделов, а те, что у них имеются,- поровну разделить между ними. Когда произвели раздел по числу людей, оказалось, что уделы проживающих в Хаштеанке меньше, поэтому многие из них перешли в области Алиовит и Арберани.
Говорят, в его дни жил юноша из рода Андзеваци, человек возвышенный во всем, по имени Ерахнаву. Он женился на последней из жен Артавазда, привезенной из Греции. И так как Артавазд был бездетен, то царь отдал Ерахнаву весь его дом. Ибо о нем была молва как о муже отменном, умеренном в желаниях плоти и во всем остальном, о человеке добропорядочном. Он пришелся царю по душе, и тот пожаловал ему второй престол, который занимал Артавазд, и вверил ему начальство над восточной ратью, оставив при нем одного из своих приближенных – некоего перса Дрваспа, бывшего в свойстве с нахарарами Васпуракана[264] и одаренного им званом Татеоном[265] вместе с агараками и большим виноградником, орошаемым каналом, проведенным из озера Гайлату[266]. Сам же царь отправился в края Екёлеаца и устроил свой царский двор в аване Чрмес[267]. Он царствовал двадцать один год в спокойствии и умер в дороге под снежным обвалом.
63
О Трдате Багратуни и именах прежних представителей его рода
Некий Трдат из рода Багратуни, сын Смбатухи, дочери храброго Смбата, был мужем бесстрашным и сильным, маленького роста и на вид невзрачным. Царь Тиран женил его на своей дочери Еранеак. Та возненавидела своего мужа Трдата, дулась и ворчала с утра до вечера, сетуя на то, что-де она – высокородная красавица – вынуждена жить с худородным уродом. Однажды Трдат, разъярившись, жестоко ее избил и, отрезав ее золотистые кудри и выдрав пряди волос, велел уволочь ее и выкинуть из комнаты. Сам он, отложившись, направился в недоступный край маров, и когда достиг Сюнийской страны, до него дошла молва о смерти Тирана. Услышав это, он остановился там.
Однажды Бакур, родовладыка сюнийцев, приглашает его на ужин. И когда возбужденный вином Трдат видит очень красивую женщину по имени Назиник[268], которая наигрывала перстами, он, исполнившись похоти, говорит Бакуру: «Отдай мне эту наемницу»[269]. А тот отвечает: «Не отдам, ибо она моя наложница». Трдат же, схватив женщину, привлекает ее к себе на кресло и начинает вожделенно ласкать, подобно молодому необузданному любовнику. Бакур в порыве ревности вскакивает, чтобы отнять ее у него. Но Трдат, поднявшись на ноги и действуя вазой для цветов как оружием, сгоняет сотрапезников с их кресел. Зрелище напоминало истребление поклонников Пенелопы некиим новым Одиссеем[270] или борьбу лапифов с кентаврами на свадьбе Перифоя[271]. Так он добрался до своего обиталища, тотчас вскочил на коня и вместе с наложницей отправился в Спер. Зря мы повели рассказ об этом похождении похотливого мужа.
