Я оставляю над вами моим преемником Йазида, а Хабиба назначаю начальником войска, пока он не приведет его к Йазиду.
Не противоречьте же Йазиду!
И сказал ему ал-Муфаддал: “Если бы даже ты его не поставил над нами главой, мы бы его назначили”. И ал-Мухаллаб умер, оставив все распоряжения Хабибу. Хабиб совершил над ним [заупокойные] молитвы, затем выступил в Мерв, Йазид написал ‘Абдалмалику о кончине ал-Мухаллаба и о том, что он назначил его своим преемником, и ал-Хаджжадж утвердил его. Говорят, что при своей кончине и завещании он сказал: “Если бы моя власть, то я назначил бы главою моих детей Хабиба”.
Он говорит: он скончался в зу-л-хиджже 82 года[65]. И сказал |1084| Нахар б. Тауси’а ат-Тамими:Увы! Прошли походы, приносящие богатство, умерли доброта и щедрость после [смерти ал-Мухаллаба!Они обе остались в Мерверруде заложниками его могилы и скрыты от всего востока и запада.Если спросят: “Какой из людей больше всего совершил благодеяний людям?” — мы назовем его, не боясь.Он сделал для нас дозволенной и равнинную и гористую части страны конницей, подобной стаям ката[66],устремляющимся одна за другою.Он подставляет их под удары копий, как будто бы он одевает их всех в окрашенный пурпур.Его окружает кахтан, сплотившись вокруг него, и их союзники из племени бакр и таглиб.И оба племени ма’адда прибегают к защите его знамени, произнося: “Да будем выкупом за тебя я, моя мать и мой отец!”[67]В этом же году ал-Хаджжадж б. Йусуф назначил Йазида |1085| б. ал-Мухаллаба правителем Хорасана после смерти ал-Мухаллаба.
В этом году... правителем Куфы, Басры и Востока был ал-Хаджжадж, а правителем Хорасана — Йазид б. ал-Мухаллаб от имени ал-Хаджжаджа.
<p><strong>83 год</strong></p>|1104| ‘Умара б. Тамим подступил к ним (сторонникам Ибн ал-Аш’аса) во главе сирийцев[68]. Тогда приверженцы ‘Абдаррахмана б. Мухаммада |1105| [б. ал-Аш’аса] стали ему говорить: “Выйдем с нами из Сиджистана и оставим его ему, и пойдем в Хорасан”. ‘Абдаррах-ман б. Мухаммад ответил: “Хорасаном управляет Йазид б. ал-Мухаллаб. Он — юноша храбрый и смелый и не таков, чтобы уступить вам свою власть. Если бы вошли в него, вы нашли бы, как он скор против вас. Сирийцы также ни за что не перестанут вас преследовать. И я не хотел бы, чтобы против вас соединились хорасанцы и сирийцы, и боюсь, что вы не получите того, чего добиваетесь”. Они возразили: “Хорасанцы ведь из наших и мы надеемся, что если бы мы вступили в него, тех, кто последовал бы за нами, было бы больше, чем тех, кто стал бы с нами сражаться. И эта страна велика вдоль и вширь, в ней мы могли бы направить свой путь куда хотим и оставаться, пока не погубит Аллах ал-Хаджжаджа или ‘Абдалмалика, или пока мы не примем какого-нибудь решения”.
Тогда "Абдаррахман сказал им: “Ступайте, с именем Аллаха!” И они отправились и достигли Герата. Они ни о чем не проведали, пока не вышел из его войска ‘Убайдаллах б. ‘Абдаррахман б. Самура ал-Кураши с двумя тысячами [человек]. Он отделился от него и пошел по другому, чем они, пути. Когда рассвело, Ибн Мухаммад встал среди них, прославил Аллаха и восхвалил его, затем сказал: “А затем — вот, я участвовал с вами в этих сражениях, и не было в них ни одного гибельного места, где бы я не был сам стойким ради вас, пока из вас оставался в нем хоть один. Когда же я увидел, что вы не сражаетесь и не проявляете стойкости, я пришел в безопасное убежище. И я был в нем, пока ко мне не прибыли ваши письма: “Приходи, де, к нам, ибо мы уже объединились и дело наше — едино; может быть, мы будем бороться с нашим врагом”. И я пришел к вам и решил отправиться в Хорасан. Вы утверждали также, что объединитесь вокруг меня и что вы ни в коем случае не расстанетесь со мной. Затем этот ‘Убайдаллах б. ‘Абдаррахман сделал то, что вы уже |1106| видели. Поэтому с меня довольно вас на сегодня! Делайте то, что вам вздумается, я же намереваюсь возвратиться к тому, от которого я пришел к вам. И если кто-нибудь из вас захочет последовать за мной, пусть следует, кто же не имеет к этому охоты, пусть отправляется, куда хочет, покровительствуемый Аллахом!”
