Ом немного помолчал, щурясь на солнце, поиграл вычищенным до блеска стилетом.
- Это ведь не ты, - медленно произнес, скорее, не спрашивая, а утверждая.
- Сердце съел? Не я.
- Угу, угу… Совет. Помалкивай. Пусть лучше боятся.
Я удивленно взглянул в светлые глаза. Лютый смотрел серьезно, без обычной ехидной насмешки.
- Не знаю, что там с проводником произошло, не мое дело. Но за тобой кто-то охотится, лейтенант, и тебе это известно.
Я неопределенно покивал.
- Но это не Эцони, - вдруг сказал Ом. - Ты маг, тебе виднее, что с ним произошло. А я думаю, чары. Так что, смотри в оба, - он встал и неторопливо отошел.
Может быть, у меня появился союзник? Хотелось бы. Но от Лютого поддержки я ждал меньше всего. Странный он все же. Ну, Артфаал, ну, появись только! Втравил меня в историю, как будто своих неприятностей мало… с другой стороны, демон спас мне жизнь. Ладно, не буду с ним ссориться, а то еще не станет меня учить.
- Рик, - окрикнул меня Дрианн. - Эцони очнулся!
Я подошел к капралу и склонился над ним. Вроде тот даже не вздрогнул при виде меня. Лицо нормальное, не искаженное, и ненависти в глазах не видно. И синева с ногтей ушла. Видимо, действие заклятия закончилось. Оно и понятно: неведомый враг накладывал чары мощные, но кратковременные, рассчитывая, что Мастано нападет на меня, а потом его же самого прикончат воины.
- Ты как? - спросил я.
- Да ничего, - бледно улыбнулся Эцони. - Только вот не помню ни Мрака, и сил нет совсем. И плечо болит…
- Заживет, - я поднялся на ноги. - Отдыхай пока.
Слабость - тоже последствие Темной волшбы, которой подвергся капрал. Ничего, к вечеру оклемается. Рассказывать ему о его подвигах я не стал, какой в этом смысл? Все равно не в себе был человек. Зла я на него не держал. Пусть кто-нибудь из воинов его просветит.
После привала мастер Триммлер несколько оживился и принялся рассуждать:
- Что-то мне, ребята, не нравится. А что - и сам не пойму. Вроде пустыня как пустыня, только вот почему на нас никто не нападает-то?
- Во дает, того, этого! - расхохотался Добб. - Давно не дрался, что ли?
- Да нет, это я к тому, что странно все. Пустыня как вымерла, не видишь, что ли?
- И я говорю, к беде это, - поддержал его Зарайя. - Я неприятности шкурой чую.
Ну, положим, я ничего такого не ощущал. Здесь и раньше не особенно людно было, и зверей почти не наблюдалось. Один раз набежала стая шакалов, это после побоища с карачин, да иногда по песку неторопливо проходили крупные черные скорпионы. Но отсутствие этих тварей меня ничуть не беспокоило. Подумаешь, потеря! Хотя к предчувствиям ветерана следовало прислушаться. Солдаты насторожились, чутко оглядываясь по сторонам и держа оружие наготове. Я и сам положил ладонь на рукоять Честного, а в уме перебирал подходящие заклятия.
Ближе к вечеру мы наткнулись на заброшенный затан, жители которого, видимо, собирались в спешке - вокруг валялись забытые вещи, обрывки ткани от шатров. Трава в селении высохла и почернела, деревья грустно поникли и роняли на песок скрученные листья.
- Колодец пересох, что ли? - удивился мастер Триммлер.
- Или отравлен, - мрачно предположил Хамар, заглядывая в обложенный камнями провал. - Есть вода! - произнес он немного погодя, вытаскивая оставленное жителями ведро.
- Маги, может, проверите воду-то? - спросил Флиннел. - А то у нас в бурдюках почти пусто.
Мы с Дрианном принялись глубокомысленно разглядывать содержимое ведра. На вид вода ничем не отличалась от обычной. Хотя это, конечно, не показатель. Яды бывают всякие, в том числе и магические, от которых ни вкус, ни цвет воды не изменяются. Для их обнаружения применяются специальные зелья, начинающие шипеть и пузыриться при соприкосновении с отравой. Но такой полезной штуки у меня в мешке не оказалось, пришлось действовать проще. Сначала я сунул в ведро кончики пальцев и осторожно понюхал их. Вроде бы ничего подозрительного. Поболтал ведро и пригляделся: осадка тоже нет. Пробовать, конечно, не рискнул. Дрианн наблюдал за моими манипуляциями с искренним интересом.
- Можно еще вопросить, - сказал он.
- Как это?
- Ну, обратиться к стихии и узнать, чистая ли эта вода. Только нас не учили, просто рассказывали, что самые могущественные адепты воды это умеют.
Адепты… некоторые маги посвящают всю свою жизнь изучению какой-нибудь одной стихии, и в обращении с ней достигают невероятного мастерства. Зато с другими источниками работать совершенно не умеют. Становясь адептами, они приносят нечто вроде клятвы верности выбранной стихии, а остальные за это мстят и ни за что не откликнутся на призыв. И вообще… скучно это. Ну, ладно, вопросить, так вопросить. Хотя вряд ли получится.
На всякий случай я сказал мальчишке:
- Отойди, - и призадумался.
