Поэтому мы остановимся только на той части южного направления, которая притягивалась Берестьем. Несмотря на рост непосредственных сношений Белоруссии с балтийскими портами, все же Берестье был крупным передаточным торговым пунктом. Товары через него шли зимою и летом. Но летние товары были другого типа, чем зимние. Это был хлеб, лес, воск, лой, свиное мясо, сплавлявшееся польскими панами в Гданьск. Судя по обрывкам дошедших до нас таможенных книг, только небольшое число белорусских панов проводило свои товары через Берестейскую таможню. Это вполне понятно ввиду окраинного положения Берестья.
Речными перевозочными средствами здесь были шкуты, т. е. барки, поднимавшие до 500 бочек хлеба. Такого же типа были суда, называвшиеся комягами. Впрочем грузоподъемность тех и других судов значительно колебалась. Лихтанник или бычок было небольшое по грузоподъемности судно, оно приравнивалось к половине комяги. Большинство транспортов невелико по размеру, от одной до трех комяг и только один транспорт представлял собою караван в 45 комяг. Паны редко провозили лично свой товар. Вместо них выступали их приятели, служебники и факторы. На 123 лица, провезших свои товары, только 10 принадлежало к ряду городского купечества. Это значит, что вся вывозная торговля или почти вся уже к концу 16 в. оказалась в руках шляхты. Это для нее было выгодно потому, что она не платила пошлин в том случае, если представляла доказательства, что провозимый товар является продуктом собственных имений. Мещанская торговля была, сравнительно со шляхетской, мелкой торговлей. Это был легкий крамный или гостинный товар.
Хлеб шел на север, а крамный товар шел из Белоруссии в Польшу и из Польши в Белоруссию. Поэтому он перевозился сухим путем и, по-видимому, преимущественно санным. Это был довольно мелкий торг. Купцы лично привозили товар, в громадном большинстве случаев умещавшийся на одном возу. Редко проходили три-четыре воза одного купца и только в отдельных случаях видим транспорты в 9 возов и даже в 20–22.
По тем же таможенным книгам можно видеть, какие районы притягивало к себе Берестье и между какими городами шел обмен. Наибольшее значение в этом торге имел Люблин с его знаменитой ярмаркой. В Люблин шли следующие товары: воск простой и воск шмальцованный, меха (выдры, куницы, лисицы, рыси, волка, норки, горностая), черные бобры, бобровая струя, почеревины бобровые, футры беличьи, брюшковые, барсу[чьи] футры кромковые, коты дикие, хомутина, калиты и иное ременье рымарской работы из Слуцка, ремни шведской работы; затем шли юфть, выбойка, скуры дубленые, узды, тебеньки, рукавицы московские, лубье сагайдачное, стремена железные простые, игольники малые, мыло простое, боты, черевики, чижмы, капцы черные, войлоки, стрелы, радно, т. е. грубое полотно и др.
Гораздо разнообразнее был товар, шедший из Люблина. Это слишком длинный перечень самых разнообразных предметов. Тут мы встречаем железо, сталь, олово, медь, свинец, ртуть и изделия — топоры, косы, ножи разные, гвозди латные, иголки, котлы, ручницы; отсюда же поступади на белорусский рынок текстильные изделия немецкой, английской и фландрской работы: сукна, каразея, шапки метлевые и фолдровые, шапки посполитые, колдры тафтяные. Это уже турецкий товар. К последним надо отнести: торбы турецкие (очевидно чувалы, кисеты и пр.), хозы, кожухи турецкие, тканины оксамитные, шелк, перец), розинки, бархап (краска), лакрица, мушкет, тесьма, платки, шафран, чамлат, гвоздика, сафьян, ладан, турецкая китайка, орехи волошские, запонки. Затем можно указать еще на ряд товаров: полотно коленское (Кельн), и цвилихское (Цвикау), мыло барское (из Бара), купорос, зеркала, гребни, ножницы, вино, золото пряденое, даже огуречные семена, семена лука, чепцы моравские, мухояры (mouchoir) немецкие, капелюши полотяные со шнурами, замшевые рукавицы, краски, сера, миндаль, даже сливы, очевидно сушеные, вообще всякого рода «речи крамовые».
Другие города Польши имели малое значение в этом обмене.
Так, ряд товаров посылало Гнезно: шапки, немецкие сукна, немецкие полотна, ножи, рукавицы, кофты, гребни, зеркала, щетки, ножи, каразею, даже восточные пряности. Торн давал сельди, сукна, полотна (глоговское и зеленогорское), кроликов, даже мед пресный. Сукна и шапки ввозились также из Познани. Из Ильжи шло в большом количестве стекло, стеклянные изделия и горшки. Вино шло из Подгорья в Венгрию и из Львова. Соль шла из Дрогобыча. Кое-что шло из Кракова, Холма, Ломжи, Ратно, Острога. Некоторое количество товаров получалось этим путем из Гданьска, напр., сельди, кролики, туда же посылались, очевидно, в замороженном виде серны, зайцы и тетерева.
С другой стороны можно учесть и те города белорусские, которые были втянуты в эту преимущественно люблинскую торговлю.
