— Да не, ничего. Обо мне можете вообще не беспокоится. Я же просто хочу оживить того, кто помог в своё время выжить мне. Нет, совсем ничего, — саркастично говорила чародейка. Райла недовольно смотрела на компаньонов.
— Всё равно я не могу ей доверять… — тихо сказала она, отведя взгляд в сторону.
— Не бойся, сестрёнка, я не кусаюсь, — ехидно улыбнулась Мора.
— Как ты меня назвала? — со злостью спросила Райла.
— Сестрёнка, — уверенно сказала чародейка. — Что-то не так?
— Никогда. Меня. Так. Не. Называй!
— Хорошо, сестрёнка, — эльфийка сильно дёрнула Мору на себя. — То есть… Хорошо, Райла, Дитя Луны.
Стью вместе с Властелином шли по густому лесу, которому, казалось, нет конца. Они всё шли, а на земле впереди уже лежал снег, и листья с деревьев уже давно облетели. Безликий неуверенно сделал шаг на снег, заметив, что его ноги босые. Он чувствовал холод и боль, которые после каждого шага исчезали и на секунду появлялось чувство тепла. Стью с человеком шли, оставляя за собой кровавые следы.
— Куда мы? — спросил Стью.
— Туда, где мы ещё не были, — просто ответил Властелин. — Меня послали за тобой.
— Разве не ты управляешь всем? Кто тебя послал?
— Они стоят выше. Меня послал Ничто.
— Что?
— Ничто, — легко повторил человек. — Ты на грани смерти, а значит, можешь быть им полезен.
— Каким это образом?
— Ничто твои друзья. Они смотрят, — после этих слов Стью занервничал и стал озираться по сторонам. Среди деревьев и тьмы, исходящей из стволов, на него смотрели красные глаза. — Твою душу лучше всего видно в упор. Тебе некуда бежать. Ничто поглощает и звук, и цвет.
— Тишина, пустота, покой… Ничто, — тихо сказал Стью, но его голос отдался эхом, из-за чего прозвучал громко.
— Ты прав, друг мой милый.
— Взорвётся всё то, что любило твоё сердце, когда оно билось! — Стью начали слышаться разные голоса из тьмы, как будто эти самые глаза разговаривали с ним. Но голоса слышались так, будто бы они были у него в голове. Стью в ужасе оглядывался по сторонам. — Посмотри на себя! — Властелин стоял рядом, слегка улыбаясь.
— Отстаньте от меня! Уйдите! Заткнитесь!
— Ты уродлив внутри и снаружи! Никому абсолютно не нужен! Тебя окружили глупость, предательства, боль и ложь. Ты слишком слаб! Тебе не под силу тягаться с этой армадой, ведь ты — не герой!
— Пойдём отсюда, — человек схватил Стью за руку. Тот в страхе закрыл глаза. А когда он уже осмелился посмотреть, Безликий с Властелином оказались в маленькой комнате, где было очень тускло и мрачно, где доски жалостливо скрипели под ногами. — Не слушай их, — сказал человек, усаживая Стью на стул. Сам он встал напротив него.
— Ч-что они хотели от меня? Что им нужно?! — У Стью тряслись руки.
— Они хотели отравить твою душу. Она запуталась в чёрных мыслях.
— Как они сделали с тобой? — вдруг спросил наёмник. Человек молчал. — Я могу помочь тебе?
— Что? Помочь мне? Мальчишка, ты хотя бы думаешь, о чём говоришь? — рассмеялся Властелин. — Ты не можешь мне помочь, потому что меня не существует.
— Ничего в этом мире не реально. Оно становится реальным, только если мы склоны так думать.
— Будь осторожнее с теми, с кем ты задумал играть. Когда ты отдаёшь своё тепло человеку, ты очень быстро таешь. Отдаёшь свет — затухаешь.
— Мир — безграничная бездна
Где мы все давно утонули. Но жизнь там достаточно тесна, И некоторые со скал соскользнули. Они увязли в противном омуте, Из которого выхода нет. Там царят суицид и похоти, Там никогда не увидишь свет. Там ты остался один, Ты — никто, ты — пустое место. Там ты сам себе господин, И никто не скажет протеста. Люди в омуте всё ещё живы, Но по сути они мертвы. Хоть кровью наполнены жилы, Они сгинули, они себе не верны. С каждым приходом Луны Смерть забирает души, Все те, кто были обречены, Ушли, огоньки были затушены.
— В твоих словах есть смысл, — Властелин печально смотрел в пол, думая о чём-то своём. — Скоро я смогу убедить тебя, что чем ярче свет — тем благодатнее тьма.
— Я не знаю, что мне делать теперь… — признался Стью.
— Зато я знаю, что мне делать! — хитро улыбнулся человек и положил руку ему на плечо.
Питер вёл Моренхел, в то время, как Райла отстранённо шла впереди. Наёмники Феанор и Мералуд общались о чём-то на свою тему. А от эльфийки было иногда слышно, как она говорит что-то на своём родном языке в пустоту.
— Райла, — позвал её Питер. — Хватит там одиноко идти и грустить.
— Я общаюсь с Джаром, — ответила Райла, не оглядываясь.
— С кем?
— С лисом, — пояснила Моренхел.
— А ты откуда это знаешь?
— Я не прислушиваюсь, но слышала, что она так называет лиса. Райла ведь говорит на эльфийском языке, а я сама как бы тоже этой расы.
— Да? — удивился Питер и аккуратно заправил ей волосы за ухо, чтобы убедится в её словах. — Почему я обо всём узнаю в последнюю очередь? — чародейка захихикала.
— Извини, я думала, что ты знаешь.
— Кира давно нет, — сказала Райла, прибиваясь к общей компании. — Он уже должен был прийти, я волнуюсь за него.
