Оглядевшись, он обречённо подошёл к простому деревянному табурету, являвшемуся одним из трёх предметов мебели, находившихся в комнате. Остальными двумя были стул и широкий металлический стол. Сев на место допрашиваемого, Погорелов невольно поёжился. Атмосфера в этом помещении была давящей. Одинокая жёлтая лампа под потолком, стены, покрытые потемневшей штукатуркой, низкий сводчатый потолок.
Старший следователь не удивился бы, если бы кто-нибудь ему сказал, что в этом помещении допрашивали преступников ещё при царе, когда о таких вещах как право на адвоката, не говоря уже о правах человека и гуманизме, никто и не слышал. А если бы и услышал, то только рассмеялся бы и взялся бы за какую-нибудь раскалённую железку.
Жутковатая картина, возникшая в воображении Погорелова была развеяна повторным клацаньем замка и скрипом открывающейся двери. Нагнувшись, в помещение вошёл мужчина в генеральском кителе, штанах с лампасами и высокой фуражкой с синей тульей. В руках он держал чёрный кожаный чемодан.
Усевшись напротив старшего следователя, он смерил его оценивающим взглядом, под которым Погорелов невольно выпрямился и принял сидячий вариант стойки «смирно». Что-то про себя решив, генерал снял фуражку, положил её на стол, затем достал из чемодана картонную папку с документами и аккуратно разложил их перед собой. Закрыв чемодан, он снова обратил взор на старшего следователя и уверенным басом человека, привыкшего командовать, произнёс:
- Ну что же, давайте знакомится. Меня зовут Серов Генадий Викторович, я генерал-лейтенант Федеральной Службы Безопасности. Президент поручил мне лично курировать дело этого…
На секунду генерал скосил глаза в папку.
- Дауда.
Серов… Эту фамилию Погорелову доводилось слышать пару раз. За глаза его называли Серым Кардиналом ФСБ. В широких кругах о нём практически никто не слышал, в СМИ его фамилия и лицо тоже не мелькали. Но шептались, что он в дружеских отношениях с президентом ещё с тех времён, когда Контора носила другую аббревиатуру. А ещё, что у него есть возможность прищемить хвост практически кому угодно в Российской Федерации благодаря массиву накопленного компромата.
- Погорелов Виталий Сергеевич, старший следователь Следственного Комитета…
- Мне известно, кто вы, - перебил Погорелова генерал.
- У меня было время бегло изучить ваше личное дело. Если верить тому, что в нём написано, то вы человек деловой. А раз так, то перейдём сразу к делу. Нам нужно захватить этого Дауда. Любой ценой.
Это дело первостепенной важности для безопасности нашего государства.
- Всё настолько серьёзно? – вырвалось у Погорелова.
Серов явно не привык, чтобы его перебивали. Смерив старшего следователя взглядом, от которого Погорелову захотелось раствориться в воздухе, он произнёс:
- Мне кажется, что вы не понимаете всей серьёзности ситуации. Что будет, если завтра этому Дауду кто-нибудь предложит наведаться в Кремль? За солидную сумму вечнозелёных американских президентов. Думаете, ФСО сможет остановить его? После того, что я сегодня видел, я даже не уверен, что они его вообще заметят, если он захочет. А такая вероятность есть. Мои аналитики изучили запись вашего разговора с ним, а так же всю собранную о нём информацию. Их вердикт – с вероятностью в девяносто процентов этот Дауд профессиональный наёмный убийца.
Откинувшись на спинку стула, генерал продолжил:
- Его… способности… представляют огромную опасность. Мы должны либо взять его под полный контроль, выяснить кто за ним стоит и как он проделывает свои трюки. Либо уничтожить. Это нежелательно, но нельзя допустить, чтобы он попал в руки американцев или китайцев. А они скоро будут в курсе про него. Американцы раньше, китайцы чуть позже. Сейчас, увы, не Советский Союз, резидентуры у них хватает, а об этом Дауде знает слишком много людей. Кто-нибудь, а доложит.
Произнеся последнюю фразу генерал тяжело вздохнул и сокрушенно покачал головой:
- Поздно спохватились, но уж слишком дико звучала эта история. Телепортация, телепатия… Но ничего не поделаешь, придётся работать с тем, что имеем.
Посмотрев Погорелову прямо в глаза, Серов произнёс:
- Скажу вам честно Григорий, нам нужна ваша помощь. Стране нужна ваша помощь. У нас меньше двух дней на разработку сложнейшей операции по взятию под контроль этого Дауда. Вы поможете нам?
«Можно подумать у меня есть выбор» - мелькнула на задворках сознания старшего следователя невесёлая мысль. В России испокон веков добровольство шло рука об руку с принуждением.
- Служу России, товарищ генерал. Сделаю всё что в моих силах.
На долю секунды на лице Серова мелькнуло нечто, что Погорелов рискнул бы назвать подобием улыбки. Но скорее всего это была игра теней в не слишком-то хорошо освещённом каземате.
- Я в вас не сомневался. Идёмте, у нас очень много работы. И очень мало времени.
С этими словами генерал поднялся на ноги, убрал документы в чемодан, взял в руки фуражку и направился к выходу. Старший следователь поспешил за ним.
