Один из пользующихся самой мрачной известностью преступников в истории Соединенных Штатов, по имени Давид Беркович, который долгое время наводил ужас на жителей квартала Квин, причем сообщения о его многочисленных жертвах месяцами не сходили со страниц газет, в своем признании в полицейском участке Нью-Йорка написал следующее: «Я — чудовище Веельзевул, великий Бегемот». По правде говоря, нет уверенности в том, что если бы этот ублюдок не знал «Веельзевула» или «Вельзевула», а также Бегемота или других известных имен Сатаны, то не совершил бы своих чудовищных преступлений. И все же можно предположить, что преследовавшая этого человека навязчивая идея сыграла решающую роль; она и предопределила его преступное поведение. В свое время этот убийца-маньяк случайно прочитал о Сатане-Веельзевуле-Бегемоте и по своему невежеству тут же возомнил себя полномочным представителем сил Зла. Таков удел всех униженных и оскорбленных: в прекрасном этнографическом фильме Жана Руха «Безумные хозяева», о котором я уже упоминал на страницах этой книги, автор поведал о том, как жители Ганы, доведенные до отчаяния многовековым господством жестоких и высокомерных английских колонизаторов, совершили в высшей степени «сатанисткий» акт, когда съели щенков, считавшихся у англичан едва ли не «священными животными», не выносившими запаха чернокожих, ибо их воспитывали в расовой ненависти к местному населению изнывавшие от скуки под горячим тропическим солнцем хозяйки, которые буквально сдували пылинки со своих любимцев. Хочу заметить, что я и сам был свидетелем подобного проявления расизма у животных в Египте, где псы переняли враждебное отношение своих белых хозяев к «арабам», даже если те и носили европейскую одежду.
Вот тут-то сатанизм поднимается на другой, более высокий уровень и может стать предметом изучения не только криминалистов, но и социологов.
В самом деле, Сатана — бог завистников и неудачников. Именно этим можно объяснить неслыханное по своей жестокости гнусное убийство актрисы Шарон Тейт, супруги известного кинорежиссера Романа Поланского, и ее гостей, собравшихся в тот страшный вечер на вилле Сьело Драйв в Лос-Анджелесе. В этом преступлении выплеснулась наружу вся изначальная ненависть побежденных к победителям и проявился тот самый phtonos, которого больше всего боялись греки. Шарон Тейт была молодой, красивой, обласканной жизнью женщиной, вышедшей замуж за удачливого кинорежиссера, которому сопутствовал успех, а некий душевнобольной по имени Карл Мейсон в сопровождении горстки разъяренных фурий, считавших его своим гуру, ворвались на виллу и без какого бы то ни было мотива убили всех, кто там в тот момент находился, после чего кровью начертали на стенах грязные ругательства. Приговоренный к пожизненному заключению, Мейсон и в тюрьме продолжал разыгрывать из себя «сатаниста».
Во всех совершающихся время от времени преступлениях подобного рода мифическая фигура Сатаны, по-видимому, служит только предлогом отдельным личностям или целым преступным группам для оправдания актов садизма, порнографии и всякого рода непристойных и развратных действий. Так, некий пастор из Виргинии, попавший под следствие по обвинению в сексуальном насилии над одной из прихожанок, объяснил свой поступок дьявольским наваждением. Однако сама женщина призналась в том, что присутствовала на церемонии жертвоприношения и акте каннибализма, совершенного над ребенком. Ее свидетельские показания, как обычно, оказались бреднями. В результате проведенного полицией тщательного расследования, не выявившего никаких следов жертвоприношения, были получены доказательства, что прихожанка выдумала свою жуткую историю только для того, чтобы соблазнить пастора, который тут же уступил ее сексуальным домогательствам. Короче говоря, сатанизм стал прикрытием для нимфоманки и сексуального маньяка, мечтавших только об одном: как бы поскорее лечь в постель.
Однако это еще лишь цветочки, а ягодки впереди: ведь для неудачника Сатана отождествляется со страхом, как это было в случае с Давидом Берковичем.
