Прошло три года. Я обещаю, это последний такой большой промежуток. Будут, конечно, ещё несколько. Намного позже. Но сейчас будут промежутки несколько месяцев или недель. Честное слово. Был вечер тридцать первого августа. Да, Элис и Хэрри завтра пойдут в школу. Они выросли, стали умнее. И стали только хитрее и проворнее. Эх, бедные Кевин и Сильвер. Мне и вправду их иногда становится жалко. Ну ладно. Продолжим.
– Вперёд, мой верный конь, скачи! – воскликнула Элис. Она сидела на спине у Хэрри, а тот на четвереньках спускался по лестнице. Он, состроив гордое и воинственное лицо, зашёл в холл. Я же говорю, болваны.
– Так, кони вы бестолковые, а ну стоять, – грозно сказал Кевин. Он стоял в пальто около входной двери, уперев руки в бока. А Сильвер, сделав косичку, задыхался от смеха, смотря на детей.
– Ну, Кевин, – тоскливо протянула Элис, выпятив нижнею губу. Обычно срабатывало. Но, к сожалению, не сейчас.
– Давай, давай. Слезай, – сказал Кевин. Спорить было бесполезно. Она с грустью слезла с Хэрри. Тот тоже поднялся на ноги и выпрямился во весь рост, хрустнув спиной.
– А вы куда собрались? – с подозрением спросил Хэрри.
– Пить они пошли, – сказала Элис. За что Кевин наградил её суровым взглядом.
– Вовсе нет. Мы идём в город. Вам же нужна школьная одежда, – пояснил Кевин.
– А какую там обычно носят одежду? – спросил Хэрри. Он подозревал, что магическая форма отличается от формы немагов.
– Да обычная. Мальчикам белую рубашку и чёрные брюки. А девочкам… – начал говорить Сильвер, но осёкся. Элис с мрачным лицом смотрела в пол.
– Мы кое-что решили, Элис. Мы знаем, что ты всё равно не будешь носить юбку. Поэтому, мы решили, что купим тебе брюки. Потому что, будет бессмысленно покупать тебе её, так как ты не станешь носить её. – спокойно ответил Кевин. Дети с изумлением смотрели на него.
– Ничего себе! Сам Кевин Гарольд Стоун будет нарушать школьные правила! – ошарашенно воскликнул Хэрри. Кевин хмыкнул на такое высказывание.
– А как вы учителям это объясните? – с подозрением спросила Элис.
– Они скажут, что ты средний пол, – ответил Хэрри. Сильвер и Элис рассмеялись. Даже Кевин прыснул.
– Вовсе нет. Я ещё не придумал, но обязательно придумаю, – признался Кевин. Элис скромно улыбнулась
– Хорошо, спасибо, – ответила Элис.
На следующее утро, дети были сами не свои. Проснулись они довольно рано. В семь. Они зашли на кухню, где около плиты стоял Кевин. Он был удивлён тому, что они так рано проснулись. Обычно они просыпались к десяти-одиннадцати часам утра. Дети сели за стол с подавленным видом. Кевин готовил кашу и когда он поставил её, они ничего не сказали. Обычно, они просили подать варенье или ещё чего-нибудь. Но сегодня и слова не проронили.
– Чего вы такие тоскливые? – спросил Кевин. Он тоже сел за стол.
– Первое сентября, – мрачно проговорили они.
– И? Я понимаю, многим не нравится. Но, я думал, вы любите узнавать что-то новое, – сказал Кевин.
– Ты правильно думаешь, Рыжий. Просто, там будут и другие дети, – сказала Элис. Всё же она взмахнула рукой и к ней подлетел мёд. Она взяла ложку и стала выгребать содержимое в кашу.
– Ну и? – с непониманием спросил он. А потом до него дошло. – А-а, я понял. Знаете ли, вам незачем переживать.
– Это ещё почему? – хмуро спросил Хэрри, забирая у сестры банку.
– Видите ли, шестёрку все уважали и любили. Даже учителя. Там были, конечно, единицы. Но их довольно мало. А вы дети магов из шестёрки. Да и то. У вас не один родитель из шестёрки, а целых два. Поэтому, вам не надо переживать, – пояснил Кевин.
– Считаешь, им важно знать, кто наши родители? – неуверенно спросила Элис.
– В наше время это было важно. Мои родители были полноценными магами. Мой отец был ещё и аристократом. Твой отец, Элис, был сыном Виолетты Паркер, а ты же знаешь, что Паркеры – были почтительные личности. Тина была ведьмой-аристократ. Сильвер тоже. Лиллит тоже не была в тени и была прекрасной охранной ведьмой. Джон также был сыном Паркер. Я считаю, что быть внуками сестёр Паркер, это очень уважительно. Поэтому, не переживайте раньше времени, – ответил Кевин. Его слова успокоили, и дети развеселились. Пришёл Сильвер. Он ходил на почту. С порога он закричал:
– Кевин, ликуй! Твои родители погибли!
Кевин от радости поперхнулся кашей.
– Серьёзно? – переспросил Кевин. Сильвер кивнул и бросил газету на середину стола. Дети и Кевин склонились над ней:
