5. Людовик XIV управлял Францией через собрания, в которых – теоретически – он принимал решения единолично. Это были советы по «высшим делам», советы по дипломатическим депешам, по финансам; совет по религиозным делам назывался советом вероисповедания. Министры были немногочисленны: канцлер, генеральный контролер финансов, государственные секретари по вопросам войны, морского флота и королевского дома. Король менял их редко. За пятьдесят четыре года личного правления у него было только семнадцать министров. Он выбирал претендентов из семей незнатного происхождения, чтобы они полностью от него зависели. С самого начала своего правления он приказал арестовать, судить и пожизненно заключить в тюрьму суперинтенданта финансов Николя Фуке, щедрого мецената, которого обожали все его друзья, и среди прочих мадам де Севинье и Лафонтен. Но Фуке усвоил пагубную привычку не делать различия между государственными финансами и своими собственными. Причиной его падения стал один слишком пышный праздник, который Фуке дал в честь короля в своем замке Во-ле-Виконт (а возможно, и слишком настойчивые ухаживания за Луизой де Лавальер). Это было довольно несправедливо, потому что он, кажется, был точно таким же финансистом, как и все остальные, и подобная нечестность не выходила за рамки обычая, но зато его ум и смелость значительно превосходили средний уровень. Судебный процесс велся беспорядочно, ни один документ не был передан обвиняемому; председателя суда сменили по ходу разбирательства дела. Состав суда был набран из противников суперинтенданта. Короче говоря, никакого правосудия. Фуке был заключен в Пиньероль в 1664 г., где и умер в 1680 г. Все дело представляется весьма таинственным и не делает чести тому режиму.
6. Состав последующих министров был тщательно отобран. Кольбер, Летелье и его сын Лувуа со всем тщанием исполняли свои обязанности «служащих высшего ранга». Задача Кольбера в области финансов была очень трудной. Он исполнял свои обязанности при расточительном государе. «Я умоляю ваше величество, – писал он королю, – разрешить мне заметить вашему величеству, что и в мирное, и в военное время ваше величество никогда не интересовались состоянием финансов для определения своих расходов…» Кольбер, наделенный самым редким для специалистов качеством – здравым смыслом, не видел другой основы для приведения бюджета в равновесие, как увеличение доходов и уменьшение расходов: «Надо экономить даже гроши на вещах, которые не являются необходимыми. Среди прочего я сообщаю вашему величеству, что ненужный обед в две тысячи франков причиняет мне крайнее огорчение…» Он также пытался прояснить общественную бухгалтерию, уменьшить число освобождений от тальи, смягчить строгость преследований и принудительных мер против сборщиков. Но его дело всякий раз оставалось незавершенным из-за войн, которые постоянно приводили к дефициту. Для короля беспокойство о «славе» было важнее, чем забота о восстановлении финансов.
