Чаще всего оппидумы располагались на вершине крутой возвышенности, связанной лишь узким проходом с цепью других возвышенностей, частью которой она являлась. Крутизна утесов и, если в них была необходимость, оборонительные сооружения, стены прерывистые или сплошные — вот что преграждало доступ в крепость. К примеру, оппидум адуатуков (Мон-Фализ в Арденнах?) был защищен грядой обрывистых скал. Попасть в крепость можно было только с одной стороны, по пологому склону шириной 200 футов; двойная, очень высокая стена, возведенная в этом месте, позволяла закрыть оппидум в случае появления противника. По этому описанию мы узнаем тип укрепления, наиболее часто встречающийся, — так называемые вертикальные балки с перекрытиями. За такой стеной адуатуки хранили все свое богатство, там же находило убежище большинство населения. Когда римляне завладели крепостью. Цезарь взял в плен пятьдесят три тысячи человек.
Еще более обширным предстает
В равнинных областях существовал другой тип оппидумов. Крепость строилась на реке или болоте либо, еще надежнее, укрывалась на острове, между рукавами реки. Именно так расположилась Лютеция, крошечный оппидум паризиев. Аварикум, большую крепость битуригов, с трех сторон прикрывали река и болота, а единственный проход к крепости преграждали мощные стены. Пояс укреплений Аварикума, контуры которого недостаточно известны, должно быть, оборонял довольно значительное пространство, поскольку в конце века Цезарь установил, что там могли спрятаться сорок тысяч человек.
Различные тексты позволяют нам понять основное назначение оппидумов. По сути говоря, это были не города, но прежде всего убежища. Кто, впрочем, станет сомневаться, что высотное местоположение оппидумов диктовалось не удобствами проживания, а стремлением защитить себя от врагов? Бёвре совершенно не подходил для того, чтобы стать колыбелью города: холм высится в стороне от проезжих дорог, на него очень трудно взобраться, высота и открытость всем ветрам делают его крайне малопригодным для повседневной жизни. В силу этого ученые долгое время возражали против того, чтобы определять местонахождение Бибракте на холме Бёвре. Мыслимое ли дело — город на высоте 800 метров, на обледенелом плато, где Цезарь устроил свои зимние квартиры, — рассуждали скептики. Ошибочным было искать город там, где галлам требовалось главным образом возвести убежище. Если люди приложили огромные усилия, чтобы окружить гору крепостной стеной, то они, по-видимому, хотели чего-то иного, нежели просто обустроить постоянное место жительства для многочисленного населения.
Оппидумы первоначально служили прежде всего местом, где человек мог в случае опасности защитить себя, скот и имущество. Они являлись местом встречи противников, бастионами, которые обеспечивали могущество тому или иному народу. Такой способ самозащиты был не нов. Он возник в далекой древности. Многие оппидумы, в особенности небольшие, были укрепленными деревнями эпохи неолита, которые потом просто-напросто перестроили. Эти старые укрепления были оставлены, но население вновь поспешило занять их, когда кимвры стали наводить ужас по всей Галлии. Тогда наши предки укрылись за крепостными стенами и могли выдерживать длительные осады. Память об этой войне вызывала в людях большой страх и вынуждала строить новые крепости. Возникли большие оппидумы позднего латенского периода. Изучая погребальные обряды, Дешелет смог определить время основания Бибракте: конец II — начало I в. до н. э.
