История Гедсбая полностью

Кап. Г. Благодарю. Киска, я плохо знаю твои религиозные верования. Ведь тебя учили верить в небо и во все такое, правда?

Миссис Г. Да, но это небо походило на сумочку с книжками гимнов в каждом карманчике.

Кап. Г. (покачивая головой с глубоким убеждением) . Не беда, небо существует.

Миссис Г. Откуда у тебя это убеждение, мой пророк?

Кап. Г. Да просто я верю, потому что мы любим друг друга. Значит, что говорят о небе, все правда.

Миссис Г. (в эту минуту целая стая гималайских обезьян продирается сквозь ветви деревьев) . Значит, о небе все правда? Но Дарвин говорит, что мы происходим вот от них.

Кап. Г. (спокойно) . Ах, Дарвин не был влюблён в ангела. Кшт, вы, звери!.. Обезьяны! Мы — обезьяны? Подумаешь! Тебе не следовало бы читать подобных книг.

Миссис Г. (сжимая руки) . Если угодно моему господину, королю, пусть он издаст приказ.

Кап. Г. Не говори так, дорогая. Между нами не может быть и речи о приказаниях. Просто мне не хотелось бы, чтобы ты читала такие сочинения. Они ни к чему не ведут, а только волнуют ум.

Миссис Г. Как твоя первая помолвка!

Кап. Г. (с поразительным спокойствием) . Она была необходимым злом и привела меня к тебе. Разве ты — ничто?

Миссис Г. Не так-то я много значу. Правда?

Кап. Г. Для меня ты — целый мир, ты — все в этой жизни и в будущей.

Миссис Г. (очень нежно) . Мой милый, милый мальчик! Сказать тебе одну вещь?

Кап. Г. Да, если это не что-нибудь ужасное… о других.

Миссис Г. Я скажу несколько слов о своей собственной маленькой особе.

Кап. Г. Значит, скажешь что-нибудь хорошее. Говори же, дорогая.

Миссис Г. (медленно) . Я не знаю, почему я говорю тебе это, Филь, но, если ты когда-нибудь вторично женишься… (Поцелуи.) Сними руку с моих губ, не то я тебя укушу. Так помни же… Я не знаю, как сказать.

Кап. Г. (фыркает от негодования) . И не старайся. Женюсь вторично! Действительно!

Миссис Г. Я должна сказать. Слушай, мой муж. Никогда, никогда-никогда не говори своей жене таких вещей, которые, по твоему мнению, она не должна была бы помнить всю жизнь. Ведь женщина… (да, я женщина) … не может забыть.

Кап. Г. Откуда ты знаешь это?

Миссис Г. (смущённо) . Не знаю. Я не знаю. Я только догадываюсь. Я теперь… Я была… глупая маленькая девочка, но чувствую, что знаю больше, о, гораздо больше тебя, мой любимый. Начать с того, что я твоя жена.

Кап. Г. Я имею основание так думать.

Миссис Г. И я желаю слышать все твои тайны, хочу знать решительно все, что ты знаешь. (Растерянно оглядывается вокруг.)

Кап. Г. И будешь знать, дорогая, будешь… Только не смотри такими странными глазками.

Миссис Г. Ради самого себя не останавливай меня, Филь. Я никогда больше не буду говорить с тобой таким образом. Не рассказывай мне ничего, по крайней мере, в настоящую минуту. Позже, когда я буду старая матрона, такие вещи потеряют значение, но, если ты меня любишь, в данное время будь добр со мной. Видишь ли, я никогда не забуду этой части моей жизни. Говорила ли я достаточно понятно?

Кап. Г. Мне кажется, моё дитя, я понял. Сказал ли я уже что-нибудь, что тебе не нравится?

Миссис Г. Ты очень рассердишься. Но мне не понравился… твой страшный голос, не понравилось и все, что ты сказал о своей первой помолвке.

Кап. Г. Но ведь ты хотела, чтобы я сказал тебе об этом, милочка.

Миссис Г. Вот потому-то тебе и не следовало рассказывать мне о твоей первой невесте. Ты должен сам понимать… И, Филь, как ни горячо люблю я тебя, я вечно буду мешать тебе принимать решения, и тебе придётся действовать, не обращая на меня внимания.

Кап. Г. (задумчиво) . Нам придётся до многого доходить вместе, и помоги нам, Боже. (Скажи это, кисонька.) Но с каждым днём мы будем все лучше и лучше понимать друг друга; мне кажется, у меня в голове проясняется. Но как могла ты угадать важность указаний, которые дала мне?

Миссис Г. Я уже говорила тебе, что сама не знаю. Только мне почему-то казалось, что в этой новой жизни я нашла путь и для тебя, и для себя.

Кап. Г. (в сторону) . Значит, Мефлин прав. Девушки все знают, а мы — мы слепы. (Весело.) Кажется, моя дорогая, мы заглядываем в жизнь глубже, чем следует, не правда ли? Я буду помнить, а если забуду, накажи меня как следует.

Миссис Г. Наказаний не будет. С этой минуты мы начнём жизнь вместе. Ты и я, только мы двое.

Кап. Г. Только мы двое. (Поцелуи.) Твои ресницы влажны, голубчик. Ну была ли когда-нибудь в мире такая странная маленькая нелепость?

Миссис Г. Говорил ли кто-нибудь такие пустяки?