Жил новый владыка уединенно, вдали от коттеджных поселков туземной знати, где эта знать в жаркое время года любила хаживать по дворам в семейных трусах. Елисей Васильевич сразу, с одним чемоданчиком, заехал в охотничий домик на отшибе, и по периметру забора тотчас встала охрана. Чуть позже, впрочем, на нескольких фурах доставили и другой багаж, а сам домик с участком не по-крыжовински бойко преобразили в маленький дворец.
Что касается поездок, то их губернатор-москвич тоже совершал постоянно. Посланцев отрегулированных СМИ грузили в автобус, каждому вручали по пресс-релизу, место впереди колонны занимала машина с мигалкой и – с первыми петухами процессия трогалась в путь. По прибытии на место гиены пера под конвоем, то есть, при товарищеской поддержке коллег из ДУРС, обходили коровники, свинарники и птичники, ступая след в след за Елисеем Васильевичем. Губернатор в белом халате изредка притормаживал у какого-нибудь стойла и глядел на очередную бурёнку, будто готов был соколом взлететь в седло.
Поскольку седла бурёнке не полагалось, Нудеев с видимым сожалением отходил от стойла и пешим порядком двигался дальше. У самого дальнего птичника, свинарника или коровника происходил стандартный подход к прессе. Под громкое мычание и дружеское ржание Елисей Васильевич, не опасаясь едких комментариев, клялся обскакать-таки фермеров Айовы.
На местах губернатора встречали, по традиции, без ложной скромности. Естественно, тоже дудели в трубы и били в тазы, но привнесли и своё, особенное, до чего городские жители не додумались. В одном из живописных, наиболее хлебосольных местечек заказан был молебен – и не простой, а благодарственный: за ниспослание земле крыжовинской такого чуткого и внимательного вождя, как Елисей Васильевич. Колонне, как обычно, состоявшей из Нудеева, чиновников и журналистов, дорогу преградил крестный ход с иконами и хоругвями. Под колокольный перезвон толпа пейзан с главой района впереди бухнулась на колени прямо в пыль. И все как-то невзначай поняли, что главе этого района в ближайшее время отставка точно не грозит…
Продовольственную тему губернатор-варяг полюбил и в краю своей вынужденной миграции. Вернее, он ее и не разлюбливал. На нужды села, на подъем животноводства и посевы яровых с озимыми сразу были ассигнованы крупные суммы из бюджета. Контролировать их прохождение взялся проверенный специалист – тот самый новоиспеченный помещик из-под Москвы. Пока одинокий протеже олигарха Камышанского думал о селе, этот ценный кадр плотно работал. Олигарх по-отечески улыбался и в узких кругах называл губернатора Елисеюшкой, но от решения реальных вопросов стал как-то вдруг довольно далек. Нет, на его заводы и на акционеров, прописанных в Гондурасе, никто не покушался – и всё же оставалось Николаю Мафусаиловичу только постреливать куропаток в лесах под Крыжовинском.
Молодые же люди, из правления банка пересевшие в бывший белый, а ныне желтый дом, рьяно взялись за дело. Одаренные экономисты-финансисты, воспитанные Павлиновым, проводили совещание за совещанием. С помощью лазерных указок презентовался проект за проектом, о чем агитаторы из ДУРС мигом оповещали народ. Лихорадочная активность пронизала всё и вся. Размах ощущался невиданный доселе, воистину московский. Простые крыжовинцы млели и боялись уже верить своему счастью. Казалось, вот он был, рядом – мессия с передовым опытом и связями.
Губернатор же был как бы и вместе с одаренной молодежью, и в то же время над ней и немного сбоку. Инновации он публично поощрял, однако всё казенное имущество доверил третьему своему спутнику из Белокаменной. Этот эффективный менеджер с четырьмя или пятью дипломами и сертификатами тоже годился Нудееву в сыновья и тоже прибыл с вокзала с одним чемоданчиком. Глядя, как и его патрон, куда-то вдаль, молодой человек выкинул все старые кадры из своего департамента – причем его не тронули ни рыдания женщин, ни седины заслуженных дьяков. На посты блюстителей имущества заступили ровесники менеджера в дорогих костюмах из Милана, благоухавшие туалетными водами от Christian Dior.
Скоро площадь перед департаментом превратилась в сплошную выставку последних моделей BMW, Audi и Lexus. Ни один кусочек недвижимости, ни один клочок землицы не двигался без визы эффективного менеджера. В обеденный перерыв новые сотрудники с каменными лицами фланировали взад и вперед по Большой Дворницкой. Для них на бывшем Пролетарском проспекте был открыт модный суши-бар с поваром, выписанным специально из Йокогамы.
Своя судьба постигла и капитанов крыжовинской индустрии. Как и все, в едином порыве, они приветствовали губернатора Нудеева с первых шагов по овеянной славой земле. Не мешкая, выразили готовность сотрудничать везде и во всем, проявлять социальную ответственность и модернизировать производство. Но вот незадача – не собирался Елисей Васильевич сотрудничать. Он приехал повелевать. Те, кто поняли это сразу, отделались испугом легкой степени. Тех, до кого доходило помедленнее, научил пример одного шибко умного брата по классу.
