История города Москвы полностью

Въ 1614 г. Великая старица строила государю аксамитную шубу съ жемчужнымъ круживомъ, въ которое были вставлены въ гнѣзда 16 яхонтовъ лазоревыхъ большихъ. Само собою разумѣется, что въ свѣтлицѣ Вел. старицы изготовлялись для государя и всѣ рядовые предметы одежды, напр., сорочки, на которыя 11 декабря 1613 г. доставлено въ ея хоромы ІЗ арш. тафты виницейки алой и 66 арш. еще такой же тафты широкой. Однако нарядныя сорочки государь употреблялъ изъ оставшагося имущества Богдана Бѣльскаго. Въ томъ же декабрѣ 1613 г. ему поданы 4 сорочки тафтяныя, червчатыя и бѣлыя, а на сорочкахъ на вороту и на мышкахъ и на прорѣхахъ 373 зерна жемчужныя на синѣхъ (гнѣздахъ) серебряныхъ. Какъ сохранилось богатое имущество Бѣльскаго, неизвѣстно, но молодой государь въ своемъ обиходѣ пользовался имъ во многихъ случаяхъ (см. дворъ Бѣльскаго.)

Заботясь о государѣ-сынѣ, Вел. старица столько же показала заботы и о бывшемъ своемъ мужѣ, Филаретѣ Никитичѣ, все еще находившемся въ плѣну у Поляковъ. Въ октябрѣ 1614 г. она послала ему въ Литву охобенекъ объярь таусинная да шубу объярь вишневая на соболяхъ, цѣна 109 руб., и кромѣ того шесть сороковъ соболей на 367 руб. Это, вѣроятно, для подарковъ Полякамъ, когда происходилъ обмѣнъ плѣнныхъ. Извѣстно, что Филаретъ Никитичъ вымѣненъ на пана полковника Струся и другихъ Поляковъ (А. О. II., № 909). Потомъ въ августѣ 1617 г., когда, вѣроятно, послѣдовало освобожденіе плѣннаго, Вел. старица послала ему святительскій нарядъ: монатью праздничную и другую будничную и ряску.

Для своей одежды старица употребляла черную тафту виницейку; въ томъ же 1613 г. сентября 14 ей подано такой тафты 26 арш. За недостаткомъ тканей чернаго цвѣта ей чернили (красили) ткани цвѣтныя. Такъ, въ маѣ 1613 г. зеленая тафта 16 аршинъ была почернена на завѣсъ къ ея колымагѣ, а зимою въ декабрѣ почернено сукно къ ея каптанкѣ. Каптанка имѣла двери и окошечки, которыя обдѣлывались соболями. Въ іюнѣ красильный мастеръ красилъ желтые киндяки въ гвоздичную краску на опашенки Вел. старицѣ. Комнатная ея одежда была ряска, а выходная опашень, охобень и шуба. Въ 1614 г. ей сдѣлана шуба горностайная изъ черной тафты и опашенекъ изъ багроваго киндяку. Носила шапочку соболью.

Изъ числа разныхъ предметовъ потребленія въ 1614 г. Великой старицѣ поданы два раза спицы сахару леденцу, вѣсомъ каждая въ полтора фунта. Въ 1619 г. ей поданы четки ароматныя, два кружка мыла іерусалимскаго съ мастикою, восемь кружковъ мыла іерусалимскаго съ красками.

Когда у царицы Евдокіи Лукьяновны родилась въ 1627 году дочь-первенецъ, царевна Ирина Михайловна, Великая инока несомнѣнно была очень обрадована. По третьему году царевна жила у бабушки въ кельяхъ. Въ 1629 г. въ монастырь царевнѣ было отпущено изъ царицыной Мастерской полаты 20 лоскутовъ отласныхъ золотыхъ и серебряныхъ и камчатыхъ и тафтяныхъ на потѣшныя куклы, приняла старица Олена Языкова. Въ домашнемъ или въ своемъ келейномъ обиходѣ она отчасти сохраняла старые порядки свѣтской жизни, такъ въ ея хоромахъ жила и дурка, именемъ Манка. Другая дурка, именемъ Марфа уродливая, находилась въ числѣ монастырскихъ старицъ. Въ 1613 г. у Вел. старицы находились, кромѣ крестоваго дьяка и крестоваго дьячка, псаломщика, стольникъ Ѳедоръ Судимантовъ, бахарь Петруша Макарьевъ, арапъ Давыдъ Ивановъ, дуракъ Мосѣй (1621 г.). Имя Петруша, а не Петрушка, должно обозначать, что бахарь былъ въ извѣстномъ почетѣ за свои сказанія и дарованія. У государя бахарь именовался Петрушкою (Тарасьевъ-Сапоговъ).

Видимо, что въ теченіи годовъ Великая старица мало-по-малу удалялась изъ великихъ покоевъ Царицыныхъ хоромъ въ настоящую иноческую келью и въ полное иноческое житіе. Она скончалась 28 генваря 1631 г. и погребена въ монастырѣ у Спаса на Новомъ, гдѣ покоятся родители Романовыхъ.

Пользуясь въ своемъ содержаніи казною государя, Великая старица имѣла и особую собственную казну, получаемую изъ оброчныхъ доходовъ съ принадлежавшихъ ей Галицкихъ волостей, такъ что послѣ ея кончины у ней оставалось денегъ 6185 рублей, которые всѣ и израсходованы на ея поминовеніе.

Спустя съ небольшимъ три года послѣ ея кончины царь Михаилъ Ѳедоровичъ въ 1634 г. въ теченіи лѣта, отъ 1 мая до сентября, построилъ на мѣстѣ деревяннаго каменный храмъ во имя своего ангела, Михаила Малеина. Постройкой завѣдывали дворяне-жильцы, строителями были «у заводу и у указу» подмастерья каменныхъ дѣлъ Баженъ Огурцовъ и Семейка Бѣлой.

Какъ мѣсто упокоенія царскихъ родителей, знатное кладбище великихъ княгинь и царицъ и всего государева семейства по женскому колѣну, Вознесенскій монастырь по своему царственному значенію и богатству первенствовалъ между всѣми женскими монастырями, а потому въ своихъ стѣнахъ сосредоточивалъ монашеское женское населеніе наиболѣе боярское и дворянское съ ихъ послуживицами.