<p><strong>Глава IV</strong></p><p><strong>КАК ОНИ РАСПРЕДЕЛЯЛИ ВОДУ ДЛЯ ОРОШЕНИЯ. ЛЕНТЯЕВ И РОТОЗЕЕВ ОНИ НАКАЗЫВАЛИ</strong></p>В землях, где удавалось добыть мало воды для орошения, ее давали в определенном порядке и количествах, как и любые другие вещи, которые они распределяли, чтобы среди индейцев не возникали бы раздоры из-за воды. И так они делали в засушливые годы, когда нужда в ней была особенно большой. Воду они измеряли и по опыту знали, сколько требуется времени, чтобы полить одну фанегу земли, и, так подсчитывая, они назначали каждому индейцу [такое количество] часов, которое в соответствии с его землями было ему необходимо. Воду брали по очереди, в соответcтвии с расположением пашен, одни вслед другим. Предпочтение не оказывалось ни самому богатому, ни самому бедному, ни родственнику или близкому человеку кураки, ни самому кураке, ни министру или губернатору короля. Того, кто [по причине] беспечности не полил свою землю в отведенное ему время, подвергали позорному наказанию: как лентяя и ротозея, его три или четыре раза публично били камнем по спине или стегали по ногам и рукам плетеными прутами, что среди них считалось весьма оскорбительным; таких [людей] называли миски-тульу, что означает сладкие кости, [поскольку] составлено из [слов] миски, что значит сладкий, и тульу, что значит кость.
<p><strong>Глава V</strong></p><p><strong>ПОДАТЬ, КОТОРУЮ ОНИ ОТДАВАЛИ ИНКЕ, И СЧЕТ [УРОЖАЯ] ПО ОРОНАМ</strong></p>Поскольку уже было сказано, каким образом инки распределяли землю и каким способом ее обрабатывали их вассалы, будет правильно, если мы расскажем о подати, которую они отдавали своим королям. Так было, что главной податью являлись работа и возделывание земель Солнца и инки и сбор урожая (fructos), какой бы ни была [культура], и его упаковка в ороны, и укладка этих в королевские хранилища, которые имелись в каждом селении, чтобы там концентрировался бы урожай. А одним из главных плодов (fructos) был учу, который испанцы называли ахи или другим именем — перец.
Ороны они называют пирва: их делают из утрамбованной глины, с большой [примесью] соломы. Во времена своих королей они делали их весьма любопытно: они были длинными, примерно той же высоты, что и стены хранилища, куда их ставили, узкими и квадратными [в сечении] и сплошными, так что их должны были изготавливать с [помощью] формы; ороны были разных размеров. Их изготавливали в [определенном] количестве и по размерам — одни были крупнее других — на тридцать, на пятьдесят и даже примерно на сто и на двести фанег; как им было удобнее. Ороны каждого размера стояли в хранилище сами по себе, потому что они были сделаны с учетом его размеров; их устанавливали вплотную к четырем стенам, а также в середине хранилища; между их рядами оставлялись проходы (calles), чтобы в нужное время заполнять их или опорожнять. Однажды поставив на место, их уже не передвигали больше. Чтобы опорожнить орон, на его передней стенке проделывались окошки квадратной формы в одну восьмую [его ширины], открывавшиеся по очереди (por su cuenta y medida), чтобы с их помощью, не измеряя [количество содержимого], узнать, сколько фанег было извлечено и сколько их там осталось. Таким образом, по размеру оронов они легко узнавали, сколько было кукурузы в каждом хранилище и в каждом складе, а по окошечкам узнавали, сколько было изъято и сколько осталось в каждом ороне [зерна]. Я видел несколько таких оронов, оставшихся от времен инков, и были они из числа наиболее совершенных, потому что находились в доме избранных девственниц, супруг Солнца, и их изготовили для нужд (servicio) тех женщин. Когда я их видел, дом [девственниц] принадлежал сыновьям Педро дель Барко, которые были моими соучениками.
