Идол находился в роскошном храме, хотя и не таком, как храм Пача-камака; сюда приходили и направляли своих послов господа Перу, чтобы посоветоваться по делам, которые они считали важными. Испанские историки путают храм Римака с храмом Пача-камака и говорят, что Пача-камак был тем [идолом], который говорил, и не упоминают о Римаке; а эта ошибка, как и многие другие подобные, имеющиеся в их историях; они рождены незнанием особенностей языка и тем, что они не очень утруждали себя уточнениями, а могла она также возникнуть и по причине близости тех долин, ибо нет между ними и четырех маленьких лиг и обе они принадлежали одному и тому же господину. И этого достаточно знать о том, что имелось в тех долинах и что говорящий идол находился в Римаке, а не в Пача-камаке, после чего мы вновь возвращаемся к повествованию об их завоевании.
Прежде чем генерал Капак Йупанки подошел со своим войском к долине Пача-камак, он направил, как обычно, своих посланцев к королю Куис-манку, заявляя ему, что он должен покориться инке Пача-кутеку, и принять его верховным господином, и выполнять его законы и обычаи, и поклоняться Солнцу как главному божеству, и выбросить из своих храмов и домов идолов, которых они имели; если же он не согласен, то пусть готовится к войне, потому что инка должен был покорить его добром или злом, с его согласия или без него.
Великий господин Куис-манку был готов к войне, ибо, поскольку он видел, что она идет рядом, [и] опасался, что инки придут и на его земли, он подготовился, чтобы защищать их. И вот так, окруженный своими капитанами и солдатами, он выслушал посланцев инки и ответил, заявив, что его вассалы не нуждались в другом господине, ибо им и их землям хватало одного, и что соблюдавшиеся ими законы и обычаи были теми, которые им оставили их предки; что они себя чувствовали с ними хорошо; что они не испытывали нужду в других законах и не хотели отказываться от своих богов, ибо они были очень важными, поскольку среди прочих они поклонялись Пача-камаку, который, как они слышали, был творцом и тем, кто поддерживал вселенную, и что если то было правдой, то в силу этого он должен был быть более великим богом, чем Солнце, и что они построили ему храм, где преподносили ему самое лучшее, чем владели, даже приносили в жертву мужчин, женщин и детей, чтобы оказать ему самую высокую честь, и что поклонение ему было таким огромным, что они не решались смотреть на него, и поэтому жрецы и король входил[и]в храм спиной к идолу для поклонения ему и точно так же выходили, чтобы случайно не устремить на него взор, и что они также поклонялись Римаку, который был богом, говорившим с ними и отвечавшим, когда они его спрашивали, и он рассказывал о том, что должно было наступить. И точно так же они поклонялись лисице за ее хитрость и осторожность, а что касается Солнца, то они не слышали его [голоса] и не знали, что оно может говорить, как их бог Римак, и что еще они поклонялись Мама-коче, каковой являлось море, потому что оно питало их своей рыбой; что им хватало богов, которые у них уже имелись; что они не хотели других, и меньше всего Солнце, ибо они не нуждались в большем, чем оно давало их землям, тепле; что они умоляли инку или требовали от него, чтобы он оставил их свободными, поскольку они не нуждались в его империи.
Инки очень возрадовались, узнав, что йунки так преклонялись перед Пача-камаком, которому они [сами] внутренне поклонялись как верховному божеству. Поэтому они решили не воевать с ними, а покорить их добром, добрыми соображениями, лаской и обещаниями, оставив оружие в качестве последнего средства, если [их] подарки не возымеют действие.
