Позже от индейцев, которые лишь от случая к случаю ходят торговать с индейцами Перу, стало известно, что пленившие Диего Алемана [индейцы], узнав, что у него в Перу имелось репартимьенто с индейцами и что он был капитаном и вождем немногочисленных и безрассудных товарищей, которых он привел, сделали его своим генерал-капитаном, так как они вели войну с индейцами с другого берега реки Амару-майу, и что они оказывали ему большие почести и очень уважали его за авторитет и пользу, которая проистекала из того, что у них генерал-капитаном был испанец. Товарищ, убежавший вместе с метисом Франсиско Морено, после того как они добрались до мирной земли, умер от тягот трудной дороги; одной из главных ее трудностей было пересечение огромнейших болот, по которым невозможно было передвигаться на лошадях, Метис Франсиско Морено подробно рассказывал о том, что он видел во время этого разведывательного похода; основываясь на его сообщении, несколько жаждущих решили начать это дело и попросили разрешение [на конкисту], и первым был молодой рыцарь Гомес де Тордойя, которому граф де Ниева, который являлся вице-королем Перу, дал [это] разрешение, а поскольку вместе с ним в поход стало собираться множество людей, появились опасения, что может возникнуть бунт, и ему запретили поход и сообщили, чтобы он не готовил людей [и] распустил тех, которые уже были им собраны.
Два года спустя лиценциат Кастро, бывший губернатором Перу, дал то же самое разрешение другому кабальеро, жителю Коско, именовавшемуся Гаспар де Сотело, который собрался в поход со многими и очень блестящими людьми, предложившими себя, чтобы пойти вместе с ним; самым главным и лучшим приобретением, которое они получили, была достигнутая договоренность с инкой Тупак Амару, удалившимся в Вилька-пампу, о совместной конкисте, и инка предложил пойти вместе с ним и дать столько плотов, сколько будет нужно, и они должны были войти [в ту провинцию] по реке Вилька-пампа, что течет на северо-западе от Коско. Однако, поскольку в подобных делах всегда найдутся соперники, они вступили в торги с губернатором, чтобы он уничтожил и отменил бы разрешение Гаспару де Сотело, отдав его другому жителю Коско, именовавшемуся Хуан Альварес Мальдонадо; он так и поступил. Тот собрал двести пятьдесят и еще сколько-то солдат и более ста жеребцов и кобыл и на больших плотах, которые построил, поплыл по реке Амару-майу, которая течет на востоке от Коско. Гомес де Тордойя, видя, что отнятая у него конкиста, ради которой, не считаясь с убытками, он потратил свое имущество и имущество своих друзей, была передана Гаспару де Сотело, а затем Хуану Альваресу Мальдонадо, публично заявил, что у него также имелось разрешение на осуществление того похода, ибо действительно, хотя ему и сообщили, что его разрешение отменяется, у него не изъяли патент (cedula), с помощью которого он собрал людей, но, поскольку это было против воли губернатора, отозвались немногие, так что их всего набралось около шестидесяти, вместе с которыми, хотя и со многими спорами, он вступил в провинцию, называемую Камата, которая находится на юго-западе от Коско, и, пройдя огромные горы и заболоченные земли, он подошел к реке Амару-майу, где узнал, что Хуан Ариас не прошел [это место]; и как главного врага он стал ждать его в своих траншеях, вырытых на берегах реки, рассчитывая напасть на него и одолеть, ибо, хотя у него было мало товарищей, он верил в их храбрость, так как это были люди отобранные и его друзья, и каждый из них имел по два очень хорошо отлаженных аркебуза.
