Ничего не дошло до нас и из речей Клеона, не менее популярного оратора, выдвинувшегося после Перикла. Ненавидевший его Фукидид называет его и "наглейшим из граждан" (III, 36), и "влиятельнейшим в то время в глазах народной массы демагогом" (IV, 21). Аристофан, тоже его враг, указывает, что он достиг еще большего могущества, чем даже Перикл (Всадники, 283), и признает его изворотливость: "Он — хитрый малый и умеет находить выход из безвыходного положения" (Всадники, 758). Обвинения Клеона были страшны и убедительны: в противников своих он "бросал скалы и не стеснялся возводить на них небылицы" (Всадники, 626-628). Фукидид (III, 37-41) приводит одну его речь, в которой Клеон советует казнить всех восставших жителей Митилены. Но трудно сказать относительно этой речи, как и относительно других речей у Фукидида, насколько она соответствует речи, действительно произнесенной Клеоном.
Об ораторских приемах Клеона сохранилась недобрая слава, вероятно, на основании отзывов его врагов "Он отбросил всякую благопристойность на ораторской трибуне, — замечает Плутарх. — Он первый, обращаясь к народу, начал кричать, сбрасывать с себя плащ, ударять себя по бедрам, бегать во время речи, и тем подал людям, занимавшимся государственными делами, пример того своеволия и пренебрежения к приличию, которое потом привело все в беспорядок и расстройство" (Никий, 8).
Красноречие и Перикла и Клеона, не говоря уже об их предшественниках, было, по видимому, чисто практическое, не основывающееся на правилах теории ораторского искусства. Клеон в упомянутой только что нами речи у Фукидида с негодованием отзывается об "ораторах, пленяющих красноречием", и одним из самых гибельных для власти чувств считает "увлечение красноречием" (III, 40, 2). Конечно, трудно предполагать, чтобы Перикл и другие афинские ораторы совсем не имели представления о приемах ораторского искусства.
На то, что Перикл готовился к речам в Народном собрании, имеется указание у Плутарха (О воспитании детей, 9). Плутарх сообщает, будто Перикл, несмотря на приглашение народа, часто отказывался говорить, ссылаясь на то, что он еще не успел подготовиться: но учился ли он теории красноречия, неизвестно, так как едва ли можно принимать всерьез утверждение Сократа в диалоге "Федр" Платона ("Федр", 270А), что своим ораторским талантом Перикл был обязан тому, что "преисполнился учения Анаксагора о небесных телах".
Несомненно, однако, что с укреплением демократического строя каждый политический деятель должен был быть и хорошим оратором. В связи с этим и появились как профессионалы-ораторы, так и учителя красноречия — софисты или риторы. Выступления в народном собрании и в Совете требовали выучки. Даже для выступлений в суде по частным делам нужны были умение владеть речью, знание законов и изворотливость. Люди, желавшие быть особенно подготовленными к государственной деятельности, должны были обращаться к специальным преподавателям. Поэтому в Греции со второй половины V века до н. э. появились профессиональные учителя, называвшие себя софистами[187]. Это были преподаватели, бравшие плату за обучение искусству речи.
Все софисты учили "ловко говорить", но одни из них занимались преимущественно теоретической и практической разработкой общих правил риторики, другие обучали учеников составлению и произнесению политических и судебных речей, третьи учили вести споры (были "эристиками", от слова ἔρις — спор).
Интерес к искусству речи, как таковому, все увеличивался, и это увлечение словесными ухищрениями породило, помимо видов красноречия, имевших практические задачи, третий вид его — так называемое "эпидейктическое" (ἑπιδεικτικη), т. е. торжественное красноречие, имевшее целью только усладить или позабавить слушателей. Темы его не имели прямого отношения к практической жизни. Такими темами служили: мифы о богах (например, Эроте), о героях (Ахилле, Геракле), рассказы о знаменитых людях древности (Гомере, Аристиде), история городов, наконец, отвлеченные понятия, например храбрость, справедливость и др.
Научная разработка теории ораторского искусства — "риторики" — началась за пределами собственно Греции. Эта теория проникла в Афины с двух сторон: с Востока и с Запада.
Из восточных софистов наибольшей известностью пользовались Протагор, Продик и Гиппий.
Протагор был родом из Абдеры, городка на побережье Фракии. Родился он около 485 г. до и. э. В точение 40 лет он с блестящим успехом занимался педагогической деятельностью, странствуя по всей Элладе, не раз бывал в Афинах, где сблизился с Периклом. В числе предметов, которые он преподавал своим ученикам, было и искусство хорошо говорить; между прочим, он обращал большое внимание на грамматически точный способ выражения ("ортоэпию").
