В 1427 г. в городе Турне числились два мастера по изготовлению игральных карт – Мишель Ноэль и Филипп ду Бос. Они образовали артель, и в ее реестре каждый участник предприятия по собственному усмотрению зарегистрировал свою торговую марку. Один из них выбрал розу, а второй – дикого вепря. Каждый мастер по изготовлению игральных карт подбирал себе помощников, которые готовили краски (les broyeurs), наносили их на карты (les bruneteurs) и занимались подготовкой самой бумаги (les carteurs). Их задачи четко определялись правилами артели, устанавливавшими к тому же разрешенные для использования цвета. В реестре встречается множество имен женщин, также занимавшихся изготовлением игральных карт.
Город Турне числился центром карточного ремесла. Среди его граждан оказалось большое число рисовальщиков и мастеров по молитвенникам, бронзовых дел мастеров, резчиков по дереву, скульпторов, вышивальщиц гобеленов, ювелиров, а чуть позже к ним добавились граверы по дереву и меди. Многие из них занялись изготовлением игральных карт, и данный промысел процветал на протяжении 100 с лишним лет.
ИЗ «ОБРАЗОВ СМЕРТИ» ГОЛЬБЕЙНА
Перед тем как проститься с XV в., следует вспомнить художественное произведение, приписываемое Ван Эйку, которое называется «Филипп ле Бон дает рекомендации карточному предсказателю судьбы». Правда ли то, что Ван Эйк его нарисовал или нет, сказать трудно, зато на нем изображены костюмы времен правления Карла VIII, и интерес вызывает то, что карты представлены в их прямом предназначении, заключавшемся в пророчестве.
Пятьдесят лет спустя появились к тому же знаменитые оттиски Ганса Гольбейна на тему «Образы смерти». На одном из них можно увидеть участников карточной игры, прерванной Смертью и Сатаной. На столе остается лежать бубновая пятерка, а на полу – туз.
В 1533 г. появился том латинских диалогов, посвященных азартным играм (Антверпен), и в этом томе мы находим потрепанные французские игральные карты. Примерно в то же самое время испанец Вивес написал похожую книгу, в которой он утверждал, будто в Нидерландах использовались французские и испанские игральные карты для все тех же французских и испанских карточных игр.
ИГРАЛЬНЫЕ КАРТЫ РАБОТЫ МАСТЕРА ПО ИЗГОТОВЛЕНИЮ ИГРАЛЬНЫХ КАРТ ИЗ АНТВЕРПЕНА ЖЕАНА ЭНО, 1543 Г.
ПРАКТИЧЕСКИЕ КАРТЫ МАСТЕРА ШОЛЕРА ИЗ ЛОНЖОНА, 1656 Г.
В 1522 г. в Антверпен переехал резчик по дереву из Льежа Роберт Перил, ставший в этом городе первым мастером по изготовлению игральных карт. Он заслужил репутацию ведущего специалиста по печатным клише, а также считался непревзойденным торговцем галантерейными товарами. За ним из Руана приехал Жан Майляр, которого в гильдии Сен-Люка зарегистрировали в качестве типографа. В Антверпене началось бурное развитие производства игральных карт, которые на протяжении 100 с лишним лет вывозили в Лондон и города Франции. Их всегда можно было отличить от изделий мастеров других городов, так как на них стояло имя изготовителя, а также его знак в виде красной свиньи, дикого вепря или розы.
В нашей коллекции находится несколько таких старинных игральных карт из колоды в 52 листа. Трефовому валету присвоено имя мастера Жеана Эно, и его инициалы стоят в шестиграннике, расположенном вверху, а также на карте трефового короля. Эти карты до такой степени заиграны, что нельзя даже разобрать клеймо изготовителя. На картах из еще одной колоды, очень похожих на эти, читаются инициалы G. D., и, возможно, ими обозначена работа еще одного карточного мастера начала XVI в. Гийома Дарета. Однако Дарет работал в Турне, а Эно владел предприятием по изготовлению карт в Антверпене.
На протяжении XVII столетия игральные карты изготавливали также в Льеже, Намюре, Генте и Брюсселе, причем самого высокого художественного качества с учетом пожеланий заказчиков. Карточных дел мастера в Брюсселе применяли бумагу, специально изготовленную для них в Льеже, и их товар ценили очень высоко. Они выпускали свои карты под видом английских и швейцарских, поэтому «скитальцы во всех землях восхищались их красотой и совершенством».
Выпуск карт Таро с символическими арканами на листе Le Charior помечен инициалами Р. М. Быть может, речь идет о владельце предприятия по изготовлению карт в городе Турне Пьере Майнете (то есть Mainet, но иногда появляются такие варианты, как Mannet, Meniet, Mainnet и Minet).
Утверждения в пользу того, что книгопечатание зародилось в городах Бенилюкса, таких как Харлем, Утрехт, Левен, Девентер, Алст, Брюссель, вызывают дополнительный интерес к старинным картам, отпечатанным с деревянных клише. К тому же напрашивается вывод о том, что игральные карты рисовали не только для монаршего двора. Для простого народа их изготавливали другими, дешевыми способами.
