Разумеется, проза Лас Касаса не низводится им до обыденной практической речи, но она, несомненно, опирается на нее. Ко времени появления записок «бывалых людей» жанр исторического повествования — как отмечалось выше — был уже представлен блестящими образцами, среди которых главное место занимает, безусловно, «Первая всеобщая хроника» Альфонса X. Истории о делах Индий создавались в тот период, когда среди испанских читателей особой популярностью пользовались «выдуманные истории» — романы, повествующие о рыцарских подвигах. Язык этих рыцарских романов, при всем различии мастерства и умения их авторов, был весьма стереотипным. Выдумка и фантастичность, наивная легендарность и обязательный пафос являлись непременным стилеобразующим началом историй об Амадисах и Пальмеринах. В контексте эпохи произведения Лас Касаса, Фернандеса де Овьедо, Кабесы де Вака, Гомары, Сьесы де Леона и т. д. могли рассматриваться как своеобразная реакция на этот поток «искусственных» историй, рассказанных «искусственным» языком. Очевидцы, повествующие о делах в Индиях, всегда подчеркивали правдивость своей истории (verdadera historia). Подлинность фактов требовала соответствующего языкового оформления. Принцип «escribo como hаЫо» («пишу так, как говорю»), заимствованный испанскими возрожденцами у классиков древности, как нельзя лучше подходил для целей «натурального» рассказа, ибо он наилучшим образом гарантировал восприятие описываемых событий как достоверных, доподлинных. Элемент личной оценки объективных событий, эмоциональное начало в описании «правдивой истории» никогда не приводили испанских хронистов к тому аффектированному стилю (afectaci'on), который в культеранистской поэзии принял уродливые формы. Эмоциональная приподнятость изложения, характерная для Лас Касаса, создавалась не столько за счет нарочитого выбора (selecti'on) редких слов, выражений и фразовых конструкций, сколько вследствие намеренного отбора волнующих объектов описания. Стилистический изыск или — тем более — манерничанье (параллелизм конструкций, внутренняя рифма, регулярное употребление спаренных или строенных синонимов) могли бы лишь ослабить впечатление от тех трагических событий — трагических самих по себе, — о которых рассказывает Лас Касас. Натуральность языка (naturalidad), которым защитник обездоленных индейцев разговаривает со своими современниками, была, таким образом, важным компонентом общего замысла «Истории Индий». И тот факт, что горячая проповедь справедливости и резкая отповедь ее врагам достигает порой такой огромной силы воздействия, которая свойственна только художественному обобщению, лишний раз доказывает возникающий из самой жизни примат содержания над формой. Формирующая роль содержания проявилась в стиле Лас Касаса с ничем не маскируемой откровенностью и заставила автора во имя достижения задуманного и выстраданного пользоваться всеми доступными испанскому языку и воображению испанцев средствами: сухо рассказанным драматическим фактом, хитро вплетенной иронией, неприкрытым сарказмом, убийственным сравнением, осуждающей метафорой, ошеломительной гиперболой, упрямыми повторами, ссылками на господа бога и даже прямыми признаниями своего бессилия описать пером все ужасы, творимые соотечественниками.
Будучи темпераментным проповедником, Лас Касас обращается к широкой читательской аудитории и рассчитывает при этом на ее активную реакцию; поэтому он не темнит стиля, не прячет своих чувств за логической схемой построения, где субъект всегда предшествует предикату, не стремится к формальному подражанию великим античным мастерам ораторского слова, он обращается к своему читателю на естественном языке и ждет от него естественного отклика.
Абенамачеи, касик.
Абибейба, касик.
Абрайба, касик.
Абрайме, касик.
Августин, святой или «блаженный» (354–430), епископ, один из первых христианских богословов, автор трактата «О граде божьем», в котором обосновывалась идея главенства церковной власти над светской.
Авила, Франсиско де, капитан одного из кораблей в армаде Грихальвы, обследовавшей п-ов Юкатан.
Агилар, Маркос де (ум. 1527), лиценциат, главный судья при Д. Колоне; в 1526–1527 гг. был главным судьей в Мехико, в книге упоминается также без имени как «главный судья».
Агилар, Херонимо де, солдат, находившийся в плену у индейцев; переводчик Э. Кортеса во время его похода.
Агилон, испанец, житель о. Эспаньола; впервые в Индиях стал добывать сахар из сахарного тростника.
Адам, библейский персонаж.
Аделантадо см. Колон, Бартоломе.
Адмирал см. Колумб, Христофор.
Адмирал см. Колон, Дьего де.
Адмирал-отец см. Колумб, Христофор.
Адрианико, кубинский индеец, находившийся в услужении у Б. де Лас Касаса.
Айора, Гонсало де, приближенный Педрариаса.
Айора, Хуан де, конкистадор, командир одного из отрядов Педрариаса.
Аламинос, Антон, моряк, участник второй экспедиции Х. Колумба и многих морских экспедиций в Новом Свете, в том числе к побережью Юкатана; в книге упоминается также без имени как «главный кормчий флота».