Проблема свободной торговли воспринималась многими индийцами не догматически, а исходя из конкретных исторических условий, с учетом уровня развития Индии и ее места в мире. «Нам нужно определенное время, чтобы стать полноправными участниками свободной торговли», – писал член парламента К.Р. Малкани. При этом он не без оснований ссылался на эпизод столетней давности из истории отношений между Великобританией и США. Первая потребовала от Америки отменить протекционистские тарифы и «открыться» для такой торговли. На это президент США У. Грант (1822–1885) напомнил, что Англия защищала свою промышленность в течение 100 лет до того, как сама стала проводить политику свободной торговли. Америка сделает то же самое, сказал президент[1010].
По мнению экономиста С.П. Гупты, либерализация изменила лицо корпоративного сектора и привела к появлению новых проблем. Он полагал, что свободный рынок не обязательно ведет к конкуренции и повышению эффективности. Внутренний рынок эксплуатируется иностранными инвесторами, которые игнорировали конкурентоспособный индийский экспорт. Значительное число лидеров на внутреннем рынке уступило свои позиции многонациональным корпорациям. Росла озабоченность, связанная с реальной проблемой защиты индийских компаний, угрозой деиндустриализации Индии. Отсюда необходимость сдерживания негативных последствий деятельности иностранных компаний на экономику и сохранения основы местного бизнеса в руках индийцев. Важным является «совместимость» глобальной конкуренции с существованием мелких производителей. Экономика, в которой огромную роль играет многочисленный неорганизованный сектор, должна пройти через тщательно спланированный переходный период, чтобы избежать социально-политической напряженности. Гупта признавал, что глобализация, являясь естественным результатом развития всей системы международных отношений и мирового хозяйства, стала насущной задачей дня. Однако она представляет собой противоречивый процесс, связанный как с рисками, так и с новыми возможностями, которые неодинаковы в разных странах[1011].
В пользу более широкой глобализации говорило то, что Индия нуждалась в иностранном капитале, технологиях и управленческом ноу-хау, поскольку в ходе предыдущего развития индийская промышленность мало инвестировала в развитие передовых технологий. А это привело к еще большей зависимости от иностранных государств. Поэтому у Индии не было иного выбора, кроме привлечения капитала из-за рубежа. Сторонники такого подхода справедливо отмечали, что нельзя остановить ход истории, поступательное экономическое и технологическое развитие, что следует преодолеть узкий национализм[1012].
Другие предостерегали, что на этом пути немало трудностей. Так, индийский ученый Р. Нараянсвами предупреждал о последствиях некритического подхода к программам международных финансовых организаций, которые не всегда принимают во внимание специфику стран Южной Азии, настаивая на своих рецептах. «Путь, по которому пошла Россия, конечно, не является единственной дорогой к хаосу, – пишет он. – И если сейчас мало что можно сделать, чтобы остановить этот процесс, то пока еще не поздно учиться на этом опыте»[1013].
Преобразования в Индии в первой половине 1990-х годов продолжали и развивали (пусть не всегда с равной настойчивостью и последовательностью) то лучшее, что было уже завоевано, а не проходили под лозунгом отказа от прошлого. По-прежнему правительство Конгресса делало главную ставку на внутренние ресурсы страны. Вместе с тем наблюдался отход от прежней социальной политики, которая составляла основу влияния Конгресса в массах, отход от понимания того, что такая политика является не менее важным элементом преобразований, чем сами рыночные реформы, что экономический рост сам по себе не может обеспечить стабильного развития общества. Реформы не привели к ощутимому улучшению положения большинства народа, более того, треть населения, как и ранее, оставалась за гранью бедности.