Во время разрушения мечети в Айодхъе произошли столкновения, в ходе которых погибло 6 человек, более 50 было ранено. Центральное правительство не ввело войска в город. Эти жертвы оказались первыми, но не последними. В течение последующих двух месяцев в этом штате и других районах страны началась настоящая оргия насилия, в ходе которой, по некоторым данным, погибло более 2000 человек. Волна насилия перекидывалась из города в город, из штата в штат в северных, западных и даже южных районах Индии. В Гуджарате погибло 246 человек, в Уттар-Прадеше – 201, в Мадхъя-Прадеше – 120, в Ассаме – 100, в Карнатаке – 60[1027]. Во многих городах религиозно-общинные столкновения были спровоцированы процессиями и выступлениями, организованными ВХП. В других местах мусульмане вышли на улицы, протестуя против разрушения мечети Бабура. Их гнев был обращен против правительства. Больше всего пострадал от религиозно-общинных беспорядков Бомбей (Мумбай). Уже 7 декабря в одном из его районов мусульмане разрушили индусский храм, подожгли лавки и магазины индусов. Погибло около 60 человек. В другом районе города «победная» демонстрация индусов, проведенная ВХП и Шив Сеной, закончилась атакой на дома и лавки мусульман. В ответ мусульмане подожгли еще один индусский храм. 9 декабря Шив сена и БДП объявили о всеобщей забастовке в знак протеста против ареста их лидеров в Айодхъе. Это было сигналом к нападениям на мечети и дома мусульман. На следующий день вождь Шив сены Бал Тхакре заявил, что предыдущие выступления индусов являются всего лишь «началом эры – войны возмездия». В этой эре «история и география не только Индии, но и всего мира претерпит изменения. Мечта о создании неделимого индусского государства станет явью. Даже тень фанатичных грешников (мусульман) исчезнет с нашей земли». «…Никакая революция невозможна без слез. Революция требует только одной жертвы – крови ее последователей»[1028]. Всего за время межобщинных столкновений в Бомбее погибло около 800 человек, из них две трети – мусульмане, хотя они составляли всего 15% населения этого мегаполиса[1029].
В феврале 1993 г. правительство Индии опубликовало Белую книгу о событиях в Айодхъе. В ней описывалась предыстория этих событий. В частности, отмечалось, что правительство штата Уттар-Прадеш и видные лидеры БДП и ВХП Свами Чинтамаянанд и Виджая Радже Синдия дали обещание, что собрание добровольцев в Айодхъе будет носить символический характер и не повлечет за собой каких-либо действий, связанных с нарушением решения состоявшегося ранее суда, обеспечивавшего сохранность здания мечети Бабура и находившегося внутри его храма Рамы. С учетом напряженной обстановки центральное правительство в ноябре 1992 г. разместило около Айодхъи 195 рот полувоенных формирований, которые могли быть использованы в случае необходимости правительством штата.
В Белой книге давалась подробная хронология событий 6 декабря 1992 г., которые привели к разрушению мечети Бабура при бездействии правительства Уттар-Прадеша, поскольку главный министр отдал распоряжение не использовать силу. Центральное правительство обвиняло правительство штата в полной безответственности и нарушении конституции.
В Белой книге отмечалось, что во время процессий на автоколесницах Л.К. Адвани и М.М. Джоши выступали с «провокационными» речами и призывали храмовых добровольцев и всех других людей, сопровождавших эти процессии, идти в Айодхъю для участия в массовом богослужении[1030].
События в Айодхъе продемонстрировали, что у государства не оказалось достаточно политической воли, чтобы предотвратить случившееся 6 декабря. Центральное правительство располагало достаточной силой, чтобы сделать это, но не пошло на такой шаг. Оно боялось, что его могут обвинить в антииндусских настроениях. Устранение правительства штата и введение президентского правления произошли уже после того, как мечеть Бабура была разрушена.
16 декабря 1992 г. была назначена комиссия во главе с судьей Либерханом для изучения всех фактов и обстоятельств, имевших отношение к комплексу Рам Джанмабхуми и мечети Бабура в Айодхъе 6 декабря 1992 г., последовательности событий, приведших к разрушению мечети и роли в них тогдашнего главного министра Кальяна Сингха, а также членов Совета министров Уттар-Прадеша и других лиц и организаций. В своих показаниях членам комиссии Кальян Сингх утверждал, что разрушение мечети Бабура «было божьим промыслом, и он (К. Сингх) не испытывает ни сожаления, ни угрызений совести, ни горечи, ни печали»[1031].