Доминирование великих держав, полагали некоторые индийские ученые и политики, уходило корнями в историю последних 350 лет. И хотя число и список этих держав менялись по мере изменений в мире, они продолжали оставаться силой, имеющей особые права в международном сообществе, несмотря на попытки более слабых и малых государств положить конец такому порядку вещей. Этот гегемонизм получил свое оформление в постоянном членстве в Совете Безопасности ООН пяти государств, несмотря на провозглашенный ООН принцип суверенного равенства всех ее членов. Во время создания ООН в 1945 г. это противоречие (суверенное равенство всех государств и привилегированное положение постоянных членов СБ ООН), получило свое разрешение (хотя и не без протестов со стороны 45 «малых членов» ООН) на той основе, что дополнительная власть великих держав и их ответственность перед миром неразделимы. Однако за прошедшие десятилетия великие державы не выполнили многих из своих обязательств. Напротив, они участвовали в войнах и конфликтах: США – в Латинской Америке, Вьетнаме, других регионах, бывший СССР – в Восточной Европе, Афганистане, иных «горячих точках». Великобритания, Франция и Китай также несли ответственность за подобные действия[1235].
При создании ООН выбор постоянных членов СБ отражал сложившееся соотношение сил после окончания Второй мировой войны. СБ рассматривался как гарант мира. Однако очень скоро обнаружились разногласия и соперничество между постоянными членами СБ ООН. В этой связи не раз возникали критические или патовые ситуации. Поэтому развивающиеся страны неоднократно выступали с требованиями создания более представительного СБ.
В 1992 г. генеральный секретарь ООН выдвинул предложение включить в состав СБ дополнительно пять постоянных членов: Индию, Бразилию, Нигерию, Германию и Японию. Первые три – исходя из географического принципа и численности их населения, а также их огромного потенциала. Последние две – с учетом их экономической мощи. Имелось в виду, что широко представительный СБ должен сыграть свою роль в коллективной борьбе против бедности, голода, экономического неравенства и технологической отсталости. Вопрос не получил своего решения.
После окончания холодной войны ООН, и особенно Совет Безопасности, заметно активизировали свою деятельность. Это подтверждалось такими фактами: за 45 лет со времени создания ООН до кризиса в Персидском заливе в 1991 г. СБ принял 659 резолюций, за последующие пять лет – 350 резолюций. Но главное состояло не в количестве резолюций, а в изменении характера деятельности СБ, причем не в сторону его демократизации. Многие из 183 членов ООН ощущали свое отчуждение от СБ, в котором после окончания холодной войны господствовали три западные державы (Россия была больше занята своими внутренними делами, а Китай обычно не проявлял интереса к отдаленным районам мира). СБ, говорили его наиболее жесткие критики, стал не более чем дополнительным рычагом западной внешней политики. Новое соотношение сил в мире в конце XX в. привело к тому, что СБ ООН стал склоняться к более широкой интерпретации определенного Хартией ООН мандата по поддержанию международного мира и безопасности. По мнению Н. Коши, профессора Юридической школы в Гарварде, «ряд ситуаций, которые в прошлом считались делом внутренней юрисдикции стран, стали квалифицироваться как угроза международному миру и стабильности»[1236].
Такие изменения в деятельности СБ ООН вызывали озабоченность многих стран, в том числе развивающихся. Индия, например, выдвигала в этой связи следующие требования: во-первых, СБ ООН не должен посягать на национальный суверенитет государств под предлогом борьбы за права человека; во-вторых, решения СБ должны отражать консенсус Генеральной Ассамблеи ООН; в-третьих, СБ должен быть полностью подотчетен Генеральной Ассамблее. В таком же духе выступали и другие развивающиеся страны[1237].
В свое время создатели Хартии ООН были обеспокоены прежде всего проблемами, связанными с войнами между странами, а не конфликтами внутри отдельных государств. Обстановка, сложившаяся на планете в 1990-е годы и в начале XXI в., когда значительно увеличилось число внутренних конфликтов, потребовала новых подходов к проблеме сохранения мира и безопасности, выработки таких механизмов, которые придали бы полную легитимность действиям ООН. В противном случае неизбежным было возникновение разногласий между членами ООН по важнейшим вопросам международной безопасности. Все это могло бросить тень сомнения на правомерность некоторых решений СБ.