Пять предложенных Сукарно принципов были единогласно приняты ИКПН как «философская основа» независимости Индонезии и включены в преамбулу разрабатываемой конституции. Панчасила стала идеологическим оформлением антиколониальной и антиимпериалистической национально–демократической революции. Правда, угрожая расколом ИКПН, сантри удалось настоять, чтобы религиозный принцип был поставлен первым и дополнен тезисом об обязательности выполнения мусульманами исламских обрядов и шариата[21], что должно было, по их мнению, обратить абанган и прияи в благочестивых, ревностных мусульман. Ради умиротворения воинствующих исламских лидеров Сукарно уговорил христиан, абанган и прияи принять как это дополнение, так и статью проекта конституции, декларирующую, что президентом будущей республики может быть только мусульманин.
Японцы, раздраженные отсутствием в проекте преамбулы конституции изъявлений лояльности Стране восходящего солнца, принудили ИКПН перед ее самороспуском принять Проект обороны Республики Индонезии, предусматривающим объявление войны США, Англии и Голландии и включение индонезийских войск в императорскую армию Японии.
7 августа 1945 г. японская военная администрация, санкционировала создание Комитета подготовки независимости (КПН), сформированного комиссией во главе с М. Хаттой. Задачей КПН было срочно утвердить проект конституции, новое административное деление государства, состав высших органов власти и Проект обороны. 21 член КПН представлял все основные острова, религии, национальные меньшинства и политические течения. Входили в него и офицеры ПЕТА. Японцев в составе КПН уже не было. 8 августа 1945 г. близ Сайгона главком японских войск в ЮВА Тераути вручил Сукарно, Хатте и Раджиману императорский декрет о создании независимой Индонезии в границах Нидерландской Индии. Единственным условием оккупантов было удовлетворение всех военных требований Японии.
По пути в Джакарту индонезийские лидеры узнали, что войну с Японией вступил СССР. Возвратившись, они получили информацию о капитуляции оккупантов. Становилось очевидным, что в Индонезии складывается революционная ситуация.
Дезорганизованные и деморализованные японские войска бездействовали. Бурно росла революционная активность масс, прежде всего антияпонски настроенной молодежи. Шарир и лидеры молодежных подпольных групп требовали, чтобы Сукарно безотлагательно провозгласил независимость, причем минуя уже собравшийся КПН («эту марионетку японцев»), и призвали к разоружению оккупационных войск. Сукарно и Хатта, однако, упорно держались курса на мирное развитие революции и провозглашение независимости 16 августа на заседании КПН, представительный характер которого усиленно ими подчеркивался. Указывая на сохранившуюся боеспособность 2 тысячной оккупационной армии и отсутствие войска у революционных сил, они выражали обоснованные опасения, что вооруженное восстание будет потоплено в крови. Попытка молодежных лидеров, изолировав 16 августа Сукарно и Хатту в местечке Ренгасденгклок близ Батавии, с помощью частей ПЕТА начать антияпонское восстание оказалась безуспешной. ПЕТА отказалась выступить без санкции Сукарно.
Вечером 16 августа ситуация резко изменилась. Сукарно и Хатта были уведомлены японским командованием, что ей предписано союзниками до прихода их войск сохранять статус кво в Индонезии. В связи с этим японцы предложили распустить КПН. После долгих препирательств оккупанты наконец согласились не пресекать провозглашение независимости, если оно будет осуществлено «без их ведома» и иным органом, нежели КПН.
Открыв за полночь широкое совещание национальных лидеров, Сукарно подчеркнул, что кроме депутатов КПН (туда по его инициативе были включены дополнительно пять революционных и один умеренный националист) в нем принимали участие руководители всех крупных подпольных групп. Единогласно была принята составленная тут же лаконичная Декларация независимости, подписанная Сукарно и Хаттой. Утром 17 августа 1945 г. Сукарно выступил
