История Испании. Том I полностью

На вольные поселения не распространялась юрисдикция графов. В те времена непрерывных войн пограничные с мусульманскими владениями земли подвергались опустошительным набегам, и борьба на рубежах христианских территорий шла с переменным успехом. Королевства Астурии и Леона, расширив свои границы до рубежей Эстремадуры и нынешней провинции Мадрид, снова были сведены в эпоху аль-Мансура к галисийско-астурийскому ядру. Естественно, что в подобных условиях люди неохотно заселяли пограничные земли, а между тем в такой колонизации была настоятельная необходимость; и не только потому, что от этого зависело благосостояние этих областей, земли которых, нуждались в обработке, но и в целях чисто военных — оборона границ требовала значительного числа поселенцев для охраны крепостей и городов. Короли отлично представляли себе, насколько необходимо заселение пограничных земель, и стремились удовлетворить нужды этих территорий, признавая недостаточным добровольное переселение (а на пограничные земли переселялось много сеньоров даже из мусульманских владений и Септимании, причем они приводили с собой сервов; как на пример такого заселения можно указать на почин епископа Одоария, который привел на пограничные земли Луго и Браги немало сервов). Чтобы поощрить обитателей вольных поселений, короли жаловали им различные привилегии, то объявляя свободными всех, кто вступит в такую общину, даже в том случае, если охотники будут крепостными, освобождая общины от податного обложения и различных повинностей, то предоставляя им известную автономию в сфере управления и признавая за ними особые прерогативы и права.

Таким образом возникли новые типы политической общности, не зависимые от сеньоров, а в известной степени и от короля, именем которого объявлялись свободными от крепостной зависимости члены этих общин. Таким образом шло формирование средних классов и развивались в пограничных землях торговля и ремесленное производство.

Короли фиксировали вольности каждой вильи в документе, который именовался фуэро, или хартией поселения (fueroo carta de poblacion). Известны такие хартии, восходящие к X в. (для Бургоса, Сан-Садорнина, Кастрохериса) и к началу XI в. (Нахера, Сепульведа, Леон, Вильявисеньо, Байона де Миньо и т. д.).

По своему характеру вольности, предоставляемые таким общинам, были неодинаковы, а в связи с этим различной была и внутренняя организация в том или ином городе; впрочем, нередко по образцу фуэро какого — либо вольного города составлялись аналогичные хартии и для других общин, что способствовало известной унификации особенностей их внутреннего строя.

Как правило, система управления их была такова: в городе создавался совет или собрание граждан (cocillium), по примеру советов в графствах, в компетенцию которого входили административные и судебные дела: надзор за мерами и весами, таксация цен на предметы первой необходимости, установление поденной платы для наемных рабочих, размеров штрафов за нарушение распоряжений совета и местных сборов, надзор за рыночной торговлей, надзор за правильностью соблюдения различных сделок и актов (купчих, дарений, завещаний), то есть те же функции, которые имели курии в городах эпохи римского владычества.

Этот совет, распоряжениям которого обязаны были подчиняться все без исключения граждане, был единственным и высшим органом власти. Ежегодно совет назначал для исполнения своих решений одного юдекса (judex — судьи), функции которого были тождественны функциям аналогичных должностных лиц, ранее назначавшихся королем, и различным магистратам — присяжных и гласных (jurados, fieles) и инспекторов (veedores), подчинявшихся непосредственно совету. Таково было начало городского самоуправления эпохи реконкисты и городских советов-коммун, позже получивших наименование консехо (consejo)[90]. Характернейшей чертой в развитии городских советов является постепенное присвоение ими частных функций государственной власти, ранее принадлежавших королю и графам.

Особенно отчетливо эта закономерность проявляется в сфере судебной деятельности, несмотря на то, что король отстаивал право назначения своих судей в города и сельские местности. Так, например, коронные судьи фигурируют наряду с муниципальными в Леоне (фуэро 1020 г.).